(Не)алые паруса. Часть 1: Легенда разрушена

Пот катился по его лицу крупными каплями.

— Уважаемые, — окликнул юноша картёжников.

Те обернулись, осмотрели его с головы до ног, хмыкнули, должно быть, оценив, как тому жарко в его наряде. Сами-то они были в лёгких холщовых штанах, закатанных до колен, и тонких рубахах нараспашку.

— Чего тебе? — ответил один, худой и жилистый, с редкими зубами и начинающей лысеть головой.

— Я бы хотел купить корабль, — ответил юноша, поставил саквояж прямо на песок, достал из кармана пиджака шёлковый платок и обтёр им лицо.

— Сейчас ты его всё равно не купишь, — отозвался другой рабочий, коренастый, загоревший едва ли не до черноты. — Никого нет. В такую жару все сидят по домам. У нас тут жизнь начинается вечером. Вот тогда-то и приходи. Все сделки у нас тут совершаются в трактире «Крикливая чайка» — вверх по улице, не пропустишь. Там же сможешь и комнату снять.

Юноша поблагодарил рабочих, чуть приподняв шляпу, а потом развернулся и направился туда, куда ему указали, словно не заметив, что саквояж в его руке вызывал слишком пристальную заинтересованность у картёжников.

Трактир «Крикливая чайка» оказался в самом конце улицы, дальше был пустырь, превращённый в помойку. Откуда доносилась редкостная вонь. Чайки там прогуливались весьма жирные.

Юноша прижал к носу платок и поспешил войти в помещение, но, увы, царившие здесь запахи были лишь немногим лучше. Несколько человек — судя по лицам — отъявленные головорезы — смерили вошедшего презрительными взглядами.

— Неженка, — донеслось до него, но вскоре утонуло в гоготе.

Он проигнорировал этот выпад и обратился к хозяину, который сейчас опирался о стойку и взглядом близко посаженных маленьких глаз буравил посетителей:

— Господин, я хотел бы снять комнату.

— Комнату? — мужчина почесал жидкую рыжеватую бороду. — Найдётся одна, только вот не знаю, подойдёт ли она такому выпендрёхе, как ты?

Юноша немного смутился:

— Ну что вы. Я вовсе не привередлив, — поспешил заверить он.

— Как знаешь, — ответил хозяин и положил на стол ржавый ключ, — поднимайся по лестнице, и вторая дверь справа.

— Конечно, — заверил юноша, открыл саквояж и извлёк на свет две сияющие монеты, положил на грязную стойку и спросил: — Этого хватит?

Глаза хозяина вспыхнули в полумраке комнаты. Он спешно сгрёб деньги в горсть и цыкнул:

— Иди уже.

Юноша едва успел вставить ключ в замочную скважину в двери снятой комнаты, как снизу донеслись звуки потасовки.