Я — Драко Люциус Малфой

— Что, роза?

Радость, вспыхнувшая во мне, ни с чем не могла сравниться. Я был так счастлив, что хотелось взлететь, но я никакого права не имел сдаться.

— Записки не было, никакой открытки. Просто роза. Твоя работа? — она была взволнована, я заметил, как сбилось её дыхание.

— Уже выкинула? — усмехнулся я. — Зря. Может, это первый и последний цветок в твоей жизни.

— Размечтался! — усмехнулась она, горделиво задирая нос. — Теперь весь Хогвартс знает, что нравится любой девушке. Это только начало, Малфой. Ревнуешь?

— Чего?! — засмеялся я.

И вдруг укол в сердце: пунцовая рожа Уизли, эти её поклоннички, друзья. Я взглянул на неё как-то иначе. Обвёл её взглядом. Что-то не так, но даже в полумраке я вдруг увидел всё то, чего не замечал раньше. Её губы были подкрашены, ресницы выглядели ещё чернее и длиннее, облегающий джемпер подчеркнул маленькую грудь, тоненькую талию.

От этого осознания кровь ударила в голову. Я даже не думал смотреть на неё так, как на девушку, как Гойл смотрит на Пэнси. Меня это напугало, но не только.

— Хочешь, чтобы я ревновал, Грейнджер? — ухмыльнулся я. — Интересно, зачем тебе это?

Она как будто испугалась, попыталась обойти меня, но лестница слишком узкая, особенно если учесть, что я положил руки на бёдра, расставив локти в стороны.

— Сдался ты мне! — брезгливо бросила она.

— Куда же ты? Хотела посмотреть на закат? Шагай!

— Отстань от меня, Малфой! — недовольно прошипела она и схватила меня за плечо, пытаясь сдвинуть с места.

— Не смеши, — засмеялся я.

Она взглянула мне в глаза. До чего же сладкая пытка. Когда её лицо так близко, хочется обнять, руки так и чешутся. Я понял, что требуются немалые усилия, чтобы не допустить этого. Ни за что!

— Почему ты преследуешь меня? — возмущённо прошипела она. — Какой в этом смысл?

— Вообще-то, это ты припёрлась, — ухмыльнулся я.

— Мог бы не ходить за мной! Чего ты добиваешься? Хочешь помириться? Так я уже тебе сказала — я не простила…

— Да мне плевать… — сквозь зубы процедил я.

Она глубоко возмущённо вдохнула, возможно, даже покраснела, но стало уже слишком темно, я только видел, как блестят её глаза и губы.

— Послезавтра матч, Малфой. Увидишь, как я тебя… простила! — ехидно прохрипела она. — Уйди с дороги!

Снова этот азарт. Мне так нравится это чувство, когда я знаю, что ещё один шаг и победа будет моя.