Я — Драко Люциус Малфой

Когда её взгляд потеряет уверенность, когда она сдастся.

— Можешь выкинуть розу, — приближаясь к её лицу, прошептал я. — Выкидывай! Поверь! Не прогадаешь!

И вот он, тот взгляд. Потерянный, беспомощный. Даже если он длится всего несколько секунд, мне этого достаточно. Она не может найти нужных слов. Грейнджер не понимает, что делать со всем этим, так же, как и я. Мы в какой-то ловушке, из которой нет выхода. Не друзья, не враги. Что это вообще такое? Ни я, ни она не знаем.

Она вдруг посмотрела на меня с такой болью, как будто ей жаль меня… или себя? Я не понял.

Грейнджер смотрела прямо на мои губы. Потом резко отвернулась, выдохнула.

— Выкину. Не сомневайся. Отойди.

Но почему она не убрала руку с моего плеча. Её пальцы сжали мой джемпер. Я опустил руку, открывая ей дорогу. Как же не хотелось, чтобы она уходила. Она медлила. Почему она медлила? Почему стояла на этой ступеньке так долго? Тишина была такой волшебной, только звук её неровного дыхания. Её лицо рядом, прямо возле моего плеча.

И я осторожно наклонился к ней, больше не мог выдержать эту муку. Почувствовал аромат, исходящий от её волос, и шепнул ей на ухо:

— С днём рождения.

Сердце разрывалось, меня всего трясло, она вздрогнула, но не двинулась с места, словно ждала чего-то. Я так это и понял. Она ждала. Ждала, что я снова стану просить прощения? Чего же ещё она могла ждать? Но я чуть склонил голову и коснулся губами её щеки, бархатной, такой тёплой.

Если бы она не сорвалась с места, словно птица со скалы, если бы не умчалась как бешеная, боюсь это зашло бы слишком далеко.

Мне хотелось просто схватить её, прижать к стене… Я почувствовал себя каким-то диким. Никогда не испытывал такого. Это жутко, но так потрясающе! Как будто становишься сильнее, можешь горы свернуть, убрать любые преграды с пути, потому что она рядом. Это просто невероятно!

Я прислонился спиной к каменной стене и стоял там долго долго, даже не пытаясь унять сумасшедшее сердцебиение.

В голове пульсировало, колени подгибались. Это было ужасно и одновременно классно. С этим не хочется бороться, хочется сохранить так, как есть, жить в этом ощущении.

Когда меня стали одолевать мысли о том, зачем Грейнджер вообще пришла в Астрономическую башню, понял, что пора возвращаться к себе. Мысли лезли отовсюду. Предположений куча, от её ссоры с друзьями, до желания меня увидеть. Безнадёжного, бесполезного.