Ведьма по наследству

— Все, кыш отсюда!

— Понял, ухожу, — согласился он и после паузы тихонько добавил: — Я и вчера все рассмотрел.

— Я вас всех ненавижу, — вздохнула я, стащила через голову сорочку и шагнула под душ.

Через полчаса я спустилась вниз при полном параде: длинное черное платье, серебристые босоножки и клатч такого же цвета, волосы еще влажные, но я легкомысленно решила, что по дороге они как раз высохнут. С макияжем мудрить не стала — тушь для ресниц и красная помада. Бабкин кулон лег в декольте идеально, устроившись в ложбинке меж грудей.

Туда и уставился Ярополк, когда я подошла к нему. Воевода сегодня надел длинный синий кафтан, украшенный лентами, и его голубые глаза стали яркими, как васильки. В разрезах на рукавах виднелась белая рубаха, красные сапоги, расшитые золотом, посрамили бы любые лабутены, широкие плечи укрывал переливчатый серый плащ, закрепленный на ключицах искусной застежкой. Единственным диссонансом в роскошном облике были потертые ножны, которые цеплялись за черные бархатные штаны.

Я кашлянула, и Ярополк, встрепенувшись, посмотрел мне в глаза.

— Я уже видел такое украшение, — задумчиво сказал он.

— У бабки? — спросила я. — Так это ее и есть.

— Нет, не у ведьмы, — покачал головой Ярополк. — У царицы не так давно появился похожий кулон.

Он пошел вперед, открыл дверь, пропуская нас с Юлькой. Подруга в длинном голубом платье и с русой косой, уложенной вокруг головы, смотрелась рядом с воеводой очень гармонично, и я на миг ощутила укол ревности.

У забора нас ждала карета, на дверцах сверкали орлы, кучер в расшитой золотом ливрее распахнул их перед нами.

Мы с Юлькой загрузились внутрь, а воевода прыгнул на гнедого коня и поехал вперед.

Юлька вынула из сумочки фотик, я кокетливо улыбнулась, соблазнительно изогнувшись на бархатной подушечке, но тут карета тронулась, и я чуть не свалилась с сиденья. Через несколько минут тряски по ухабам мы с Юлькой, совершенно очумевшие, выпрыгнули на траву. Кучер, натянув удила, недоуменно на нас обернулся.

— Яр Мы так живыми не доедем, — простонала я.

Юлька глубоко дышала, борясь с тошнотой. — Что у вас за дороги? Что за карета? Где рессоры?

— Обычные дороги, а карета — самая лучшая, — пожал плечами воевода. — Вы, надеюсь, не завтракали? А то у дам бывают конфузы.

Бутерброд с колбаской, который мне заботливо соорудила Юлька перед выходом, встал поперек горла вместе с утренним кофе.

— И долго еще до дворца? — спросила я.

— До обеда доберемся, ежели поспешать.