Ведьма по наследству

— Твоих поганых рук дело?

— От поганца слышу, — ответила я и захлопнула дверь.

Я прошла на кухню, увидела чашку кофе, несколько конфеток и записку от Юли: «Не хотела будить, я на занятия, буду после обеда». Отхлебнув остывший кофе, посмотрела на часы. Ого! Уже полдень! Впрочем, неудивительно, что я так долго дрыхла. Событий прошлого дня мне бы хватило на неделю, если не на всю жизнь. В дверь снова постучали, еще громче, пришлось опять открывать.

— Ты что там, копытами барабанишь? — недовольно спросила я, разворачивая конфетку.

— Уйми свою тварь!

— Ты вообще про кого? — нахмурила я брови. — Оборотень что-то натворил? Так он не мой, а свой собственный.

— Ты оживила оборотня?! — Кажется, Парнаску сейчас удар хватит: покраснел, ртом воздух хватает, глаза выпучил, ухи переел, что ли. — Единственное, что хорошего сделала твоя бабка — околдовала это зловредное животное, а ты… — Он задохнулся от возмущения.

— Слушай, копытный, ближе к делу, — попросила я.

— Твоя тяпка…

— Блин!

Я выбежала в огород. Там, где еще вчера были практически непроходимые джунгли, теперь простиралась свежевспаханная грядка, хоть сейчас тыквы сажай. Вниз по холму сбегала черная лента разрытой земли. Я понеслась по следу моего непонятливого китайского друга.

Дорожка вела прямиком в деревню, огибала несколько дворов и проходила через калитку, которая валялась тут же, сорванная с петель. Возле каменной ограды позади таверны я приметила яркую розовую рукоятку.

По-видимому, мой низенький плетень не соответствовал понятию забора. Тяпка нашла ориентир, максимально к нему приближенный — каменный и основательный, и выполнила приказ на совесть.

— Хватит! — приказала я тяпке. — Стоп.

Она вгрызлась под куст крыжовника, с явными намерениями его выкорчевать, и Парнас застонал.

— Я пытался ее остановить! — Он бережно качал у груди наспех перевязанную руку. — Она отбивается, как бешеная!

— Хорошая моя, — умилилась я. Отчаявшись донести приказ до тяпки, я просто подошла, выдернула ее за розовую ручку, отряхнула и сунула в карман халата. — Пока! — махнула я Парнаске ручкой.

— Постой, ведьма, — разозлился он.