Изумруды леди Марисоль

А когда заметила, растерялась:

— Ты что здесь делаешь?!

— А ты?!

— Я же сказала за завтраком, что хочу прогуляться, — раздраженно ответила Карин.

— Ты собиралась смотреть фонтаны, а не крыши. Этот двор ничем не примечателен.

— Кроме того, что именно здесь гуляет герцогиня Террийская, — язвительно сказала Карин.

— А я люблю тишину.

— В Стертенхолле, как уже сказали, есть прекрасный каскад из искусственных прудов, — сладко пропела графиня Левадовски. — Там волшебно. И ты эти пруды еще не видела.

— Успею. Здесь, зато прохладно.

— Там тоже прохладно. И даже еще прохладнее, чем здесь.

В душу Марисоль закралось подозрение. Графиня явно хочет подругу отсюда услать. Неужели ищет путь, по которому в замок проникнет убийца Эджена?! Надо его предупредить.

Карин что-то прознала, отправила весточку мужу, и тот отрядил в Стертонхолл особого убийцу: убийцу-невидимку. В Тайном Бюро их несколько, все они маги и все необычайно опасны. Убийца может прикинуться кем угодно: одним из слуг, стражником, тем же актером. Отвести глаза.

Марисоль всерьез разволновалась. Надо срочно увидеться с Эдженом и все ему рассказать. Но сначала нейтрализовать Карин.

— Может, прогуляемся до прудов вместе? — предложила она графине.

Карин посмотрела на герцогиню с неприкрытой ненавистью. Графине Левадовски уж точно было не до красот Стертенхолла. Подозрения Марисоль усилились. Эджен в опасности!

— Я настаиваю, — нажала она. — Покажи мне замок.

И графиня сдалась. Если бы она сейчас уклонилась, это было бы нарушением придворного этикета.

Герцогине Террийской не отказывают. Но шла Карин к прудам крайне неохотно. Какое-то время они молчали. Карин напряженно что-то обдумывала и, наконец, решилась:

— Твой ночной гость… Как он тебе?

— Я не жалею, что поехала.

— Он… он из какого театра?

— Из Маренхолла. Из домашнего, — невозмутимо ответила Марисоль. — Также как и твой мужчина, — она внимательно посмотрела на графиню.

— Да, конечно. Но… тебя ничего не насторожило?

— Он мало похож на актера, это правда. В столичном театре для Эджена вряд ли нашлась бы роль.

— Ты знаешь, как его зовут?!

Марисоль поняла, что сболтнула лишнее.

— Ну не звать же мне его Демоном, — с досадой сказала она.

— Имя не совсем обычное.

— Разве?

— Значит, все нормально? А почему тогда ты не хочешь его отпускать?

— Потому что он мне понравился. Ты ведь не хочешь отпускать своего. Я слышала про два тома непрочитанных стихов, — с иронией сказала она.

— Я ведь не впервые на этих праздниках. Все уже приелось.