Отбор для невест в погонах

Послышалось странное сипение. Удивленный выше всякой меры Ралов смотрел на меня с брезгливой жалостью, как смотрят на безнадежно повредившегося в уме человека. Я нахмурилась. На моей памяти ни один из «сияющих» не позволял себе оскорбить шессу даже взглядом. Правильно истолковав мое настроение, Ралов взял себя в руки и, сменив выражение на спокойную вежливость, поправился.

- Извините, шесса, но законы Таймерии предписывают беречь шесс, не рискуя понапрасну их жизнями и здоровьем.

- Разве телохранитель при принцессе – это спокойная должность? Сами сказали, что их сменилось немало,- поддела «сияющего», плюнув на озноб, удобнее уселась и сложила руки на груди.

- Дело в характере Роксоланы. Или Рокси, как ее называют не столь многочисленные друзья, – мужчина замялся. Видно обсуждать монарших особ с незнакомцами было не в его правилах. – Она взбалмошна, непоседлива, горазда на проделки и выдумки. Постоянно подбивает на проказы императорских паладинов. Ведь спалили дворцовую оранжерею с редкими цветами.

А ведь там пили чай фаворитки императора и его наследника! Леди едва живы остались! А до этого выпустила злобных аларсов на придворных дам, развлекаясь их воплями и беспорядочными метаниями среди колючих розовых кустов. Гувернантке подложила мышей в постель, а предыдущей шессе сунула крысу в сапог для верховой езды… М-да… В общем, сущий ребенок еще.

- И сколько нашей деточке лет?- поинтересовалась, представляя сорванца неопределенного пола лет десяти, похожего на юрких воришек с рыночной площади.

Образ типичной сиропной принцессы-малышки в розовых рюшах и бантах с плюшевым медведем под мышкой никак не вязался с описанием «проказ».

- Тридцать три стукнет к зиме,- просто ответил Ралов. Кинул взгляд на хронометр, полез в тумбу при столе и явил небольшой графинчик с темной жидкостью. Плеснул обалдевшей мне, себе и, крякнув, выпил до дна.- Понимаю, вам всего восемнадцать. И вы очень серьезная шесса. Может, сможете повлиять на нашу принцессу.

Надеюсь, при вас она поумерит прыть и постесняется творить шалости.

В голосе мужчины не было ни капли уверенности. С грустью смотрел на остатки в емкости, прикидывая, не налить ли еще, раз уж появился достойный повод. Алкоголь был крепким и приятным. Огненным глотком пронесся по венам, снимая напряжение. Я себе слабо представляла, как смогу повлиять на взрослую шессу. Как, впрочем, с трудом представляла возрастную принцессу, занимающуюся странными розыгрышами.