Избранница Дикой Охоты

По началу мягкое, еле заметное, которое казалось больше воображением, чем реальностью, оно быстро набирало силу. Наконец-то я смогла оглядеться.

В маленьком гроте с потолком, до которого я почти доставала макушкой, стояли пятеро существ, каждое из которых едва доставало мне до плеча. Одетые в кожаные дублеты, шерстяные узкие брюки, в сапожках с мягкой подошвой, они и впрямь походили на гномов из сказок. Вот только от дружелюбных созданий из детского фольклора их отличала серость лиц. То, что я поначалу приняла за грязь, оказалось цветом кожи.

Жёсткие даже на вид волосы были либо коротко острижены, либо забраны в короткую косичку. Угрюмые лица дополняли бороды разной степени растрёпанности. У каждого на поясе висел инструмент: кирка, молот, клещи с перчатками. Я невольно вздрогнула: неужели попала из огня да в полымя?

- Спасибо! – чуть громче повторила я.

Ответом стали неприветливые взгляды. Лишь один из гномов, чья седая борода была длиннее других, изучал меня со спокойным интересом.

- Вы понимаете меня? – растерянно спросила я.

Самый мелкий гном, скрестив руки на груди, что-то презрительно процедил сквозь зубы, заработав в ответ одобрительные смешки товарищей.

Я перестала что-либо понимать. Зачем спасать, если моя персона вызывала такое раздражение? Оставили бы Хейдреку, никто их за руку не тянул. Нахмурившись, я уже открыла рот, чтобы отчитать гномов по полной, как вдруг поняла: там, наверху, я попросила путь к побегу. «Какой-то выход». Вот он и появился.

Проклятая магия! Никак не пойму, когда желание – просто желание, а когда уже Призыв.

- Спасибо, что спасли.

Я наклонила голову в знак благодарности. Гном с седой бородой одобрительно улыбнулся.

- Ты Призвала, и мы пришли, – скрипучим голосом ответил он.

Чувствовалось, что речь давалась ему непросто, будто он не говорил на этом языке уже долгие годы, а сейчас медленно вспоминал.

- Вы поможете мне… нам? – с надеждой спросила я, вспомнив о Рейнаре.

Мужчина лежал у моих ног. Всё ещё без сознания, он почти незаметно дышал.

Кровь уже не текла, запёкшись отвратительной бурой коркой на светлых волосах. «Надо было оставить его снаружи», – мелькнула мысль, но я устыдилась такого порыва: всадник непременно погиб бы либо от проклятия, либо от гнева Хейдрека. Я ещё раз проверила пульс на шее мужчины. Слабый, но частый, он давал надежду, что Рейнар вскоре придёт в себя.

- Мы не можем пустить всадника Дикой Охоты к себе в дом, – покачал головой гном.