Огонь, пепел и ветер

Обладая такой скоростью она могла легко пробраться ночью в Павильон алых цветов, чтобы испортить платья, и подкинуть незаметно осколки фарфоровой чаши в туфли Исоры, пока несла их до комнаты для переодевания. Это ведь она вместе с Пинной забрала их тогда из кладовой, верно? Со змеей, думаю, все было чуть сложнее. Однако, я слышала, что ее отец – князь Дуаре, предыдущий глас дракона-императора изучал золотых императорских кобр, в качестве развлечения. Говорят даже, что одну или двух он держал у себя в особняке в Альторе, пока княгиня не заставила его избавиться от них и тогда он передал своих питомиц в Императорский зверинец.

Какое удивительное совпадение, не правда ли? Возможно, что Лидия умеет не только обращаться с кобрами, но и даже знает ту именно змею, которую тебе подбросила.

– Елена, это все только твои фантазии, и они не подкреплены никакими доказательствами, – насупилась Агата. – Мне очень жаль, что яд краснорогих лягушек так повредил твой ум.

– Как забавно, что ты ее защищаешь, – ухмыльнулась Елена.

– Но вместо того, чтобы спорить со мной лучше задумайся – зачем она так поступает. Конечно, может быть, она знала о твоем даре и хотела помочь тебе на Испытании оловянного кольца. Извини, конечно, но твой танец был просто ужасен. С ним ты бы никогда не прошла испытание, а вот танцующая змея – это другое дело. Ты привлекла тогда внимание его величества и он сделал тебя своей фавориткой. Или, может быть, Лидия не знала о твоем даре и просто хотела убить тебя? Тогда, я бы советовала тебе быть осторожнее.

– Ты сошла с ума! – яростно зашипела Агата. – Несешь, сущий бред и недоказанные глупости!

Ускорив шаг, она вырвалась вперед, не желая больше оставаться наедине с Еленой.

Глава 8. Решение и правда

Вечером, впервые за долгое время дракон-император вышел из своих покоев и согласился присоединиться к ужину. Он сидел во главе длинного стола, застеленного шелковой скатертью и уставленного золотыми блюдами с запеченным окороком, форелью и уткой, ягодными пирогами, раками, мидиями, устрицами, тушенными в вине, спелыми яблоками, персиками, гроздьями винограда и раскрытыми алыми сердцевинами граната.

Агата сидела по правую руку от него, а место слева пустовало. Раньше оно принадлежало Пинне и никто не смел занять его вместо нее. Скользящие молчаливыми тенями служители, наполняли их чаши и накладывали кушанья.

Опустив глаза, Агата смотрела на свои руки.