Королева теней. Двойная звезда (том первый)

Мастер-артефактор, сухой жилистый старик в синем камзоле, с дворянской цепью и крупным сапфиром в орденском перстне, понимающе усмехнулся.

— Доброго дня, коллега. Чем могу помочь?

— Мне нужно чучело, — кратко объяснил Грегор и кивнул на умертвие.

«Пушок» вел себя на удивление прилично: не отходил ни на шаг, бдительно посматривал на стоящее в углу мастерской чучело медведя, выполненное с изумительным мастерством, и время от времени глухо похрипывал. Кажется, это должно было означать предупреждающий рык. Интересно, если анимировать этого медведя и стравить их, кто победит? Грегор с некоторым сожалением отогнал недостойные взрослого человека и преподавателя мысли.

Хотя было бы это его собственное умертвие…

— В основе — это существо. Подвижность следует сохранить.

«Пушок» зевнул, открыв очень клыкастую пасть, сел на пол и попытался почесать задней лапой за ухом, кость глухо постучала о кость, подтверждая, что умертвие изобретательно в старании казаться настоящей собакой.

Подумав, Грегор добавил:

— Пусть оно будет пушистым.

«Должна же эта дурацкая кличка хоть как-то соответствовать реальности!»

Мастер, надо отдать ему должное, не удивился. Или хотя бы сделал вид. Окинул умертвие быстрым цепким взглядом, кивнул самому себе, потер переносицу и снова взглянул на Грегора.

— Могу предложить шкуру белого вольфгардского волка. Большая редкость, но у меня в запасах найдется две-три штуки — одной на него явно не хватит. Обработана особым образом: не горит и не гниет от воды, защищена от моли и кожеедов.

А для наполнителя… — Он задумался, потом продолжил: — Пожалуй, подойдет только алхимическое волокно. Да, определенно! Оно упругое, и ваш… зверь сможет двигаться совершенно свободно. К тому же с ним чучело будет весить не больше обычной собаки подобного размера, а также не деформируется со временем... — И, дождавшись кивка Грегора (волк так волк, какая разница?), буднично закончил: — Семьдесят золотых. Оплата вперед.

«Ничего удивительного, — невольно подумал Грегор, доставая кошель, — что некоторые семьи разоряются.

При таких-то ценах! А если бы он был крупнее раза в два?»

Он вспомнил, что жалованье преподавателя составляет пятнадцать золотых в месяц, и ведь кто-то умудряется жить на эти деньги! Хорошо, что главе рода Бастельеро можно работать в Академии исключительно ради удовольствия, а не для вульгарного заработка.

Артефактор невозмутимо поклонился, небрежно смахнул семь золотых десяток в ящик стола и еще раз оценивающе взглянул на «Пушка».