Королева теней. Двойная звезда (том первый)

Эварист сурово взглянул на притихших девиц и продолжил:

— Второй тур, и, лорд Аластор, прошу вас — без импровизаций! Итак — раз-два-три…

Аластор мысленно тяжело вздохнул, становясь в позицию и поправляя руку сестры — опять она в него вцепилась! Для кого, интересно, мастер все время повторяет, что рука леди во время танца должна изящно лежать на предплечье партнера, а вовсе не сползать с оного и, тем более, его не стискивать?

Дверь танцевального зала открылась без скрипа, только у самого пола потянуло сквозняком, и мастер Эварист недовольно оглянулся — он терпеть не мог, когда занятие прерывали.

Но, увидев в дверях камердинера отца, промолчал. Только недовольно поджал губы.

— Лорд Аластор, ваш отец хочет вас видеть! — изрек камердинер и коротко, извиняясь, поклонился мастеру.

А потом вышел и так же тихо прикрыл за собой дверь.

Мастер Эварист тяжело вздохнул и хлопнул в ладони.

— Милорд, миледи, на сегодня урок окончен, можете быть свободны. Но завтра занимаемся на час дольше! Ваши успехи совершенно неудовлетворительны, вы же не хотите в столице выглядеть провинциальными невежами?

— Благодарю, мастер! — выпалил Ал, отцепил руку сестры и тоже вежливо поклонился наставнику.

А выйдя из танцевального зала, помчался к малому кабинету отца.

Пронесшись через учебное крыло, холл и взлетев по лестнице на второй этаж, Аластор остановился в охотничьем зале, уставленном трофеями нескольких поколений его предков. Кабинет — сразу за ним, нужно же привести себя в порядок! Хотя бы отдышаться, и… и волосы наверняка всклокочены после танцев! Как ни стягивай их в хвост, как ни убирай под бархатную ленту, непослушные светлые лохмы так и норовят растрепаться.

Хорошо, что Мэнди и Лоррейн унаследовали золотистые локоны матушки, которые укладываются по одному взмаху гребня. Да-а-а… волосы — это все, что его в сестренках есть послушного!

Аластор бросил взгляд на кабанью морду, укрепленную на стене, трофей с предпоследней охоты.

Кабан распялил пасть и, казалось, нагло ухмылялся. В полированной металлической пластине с гравировкой, прибитой чуть ниже кабана, отразился он сам, раскрасневшийся и в самом деле взъерошенный. И с завернувшимся воротником. Совершенно неприличного вида мальчишка, ничего общего не имеющий с тем, как должен выглядеть наследник Вальдеронов.

Аластор глубоко вздохнул, попытался ладонями пригладить волосы… И замер — из кабинета отца донеслись голоса.