Успешный проект Кэтрин Марлоу

Содействие мадам Ирмы и её безоговорочная вера в то, что я не продержусь и дня без них и уже завтра вернусь под их «заботливое» крыло, якобы отсидевшись у одной из подружек, примирило мадам Жанет с моими сборами и уходом, так что прощание прошло тихо и почти по-семейному.

Я благоразумно не стала задерживаться в особняке матушки, хотя до отправления нужного мне поезда было ещё три часа, и переоделась в дорожный костюм, от вида которого мадам Жанет тут же передёрнуло, и она не преминула заметить, что я ужасно выгляжу в этом наряде и без макияжа, который больше походил на маску упырихи.

Но прежде я отправилась в банк, где положила свои немногочисленные украшения в ячейку хранения. Одинокая, молодая девушка в поезде — лакомый кусок для грабителей, и ходить с таким богатством было бы с моей стороны очень глупо. Там же, в тёмном помещении камеры хранения, я спрятала за пазуху документы на дом и большую часть денег, оставив немного в сумочке, чтобы перекусить перед отправлением, и наконец устремилась к вокзалу.

— Кэтрин!

— Чёрт! Она что, ненормальная? Что ей от меня ещё надо, — сквозь зубы процедила, но не устраивать же скандал в банке, тем более после её крика на нас уставилось минимум человек семь. Поэтому, растянув губы в вежливой улыбке, я обернулась к спешащей в мою сторону мадемуазель Бриджет.

— Кэтрин, я тебя не сразу узнала, — прощебетала девушка, окинув меня цепким взглядом, театрально наморщила свой нос и, дождавшись, когда нас достигнет ее группа подпевал, протянула, — дорогая, что на тебе надето? Разве можно выходить в свет в таком убожестве.

— Кэтрин, действительно, твое платье ужасно, — тотчас подхватила Мадлен Элмер, дочь мелкого баронишки, который куда только свою дочь не пихал, чтобы заполучить в свои пухленькие ручки знатного зятя.

— Бежевый… он был в моде в прошлом сезоне, — фыркнула Нора, ещё одна девица, старательно выслуживающаяся перед «принцессой», ведь скажи она против, мсье Потер лишится отличной сделки.

И вроде бы надо им посочувствовать, ведь вынуждены вести себя по-шакальи. Тем более, и сама Кэтрин тоже была не прочь толпой накинуться на какую-нибудь несчастную. Но все же мне претило такое отношение и откровенное унижение, поэтому я не смогла смолчать.