Аларика

— Не стоит, — подала я голос, — давай на стол. И работать удобнее, и легче будет потом прибрать.

Если бы там, на дороге, у меня было больше времени. Чтобы не дать яду из поврежденного кишечника всосаться в кровь. А теперь зараза уже разошлась по телу и медленно убивала. И не было способа нейтрализовать ее — только удалить. Заставить вернуться в рану, из которой она пошла в кровь. Хорошо что эльфийка без сознания. Я не удержу одновременно заклятье, гасящее разум и те, что понадобятся для излечения. А так скорее всего не придется опасаться болевого шока, хотя лучше бы подстраховать заклинанием.

Тайрон сможет помочь? Надо спросить…

Я уже сталкивалась с подобным. Тогда мужик из нашей деревни пошел проверить силки и наткнулся на медведицу с выводком. Сутки он полз домой, запихивая в живот вываливающиеся внутренности. Потом мама два дня пролежала пластом, да и мне пришлось несладко. Хотя я просто удерживала его без сознания, не давая боли проникнуть в разум.

— Что я могу сделать? — спросил Тай.

— Принеси чистой воды.

Много. И пустую бадью.

Пока он добывал воду, я перетряхнула мешок. Достала склянку с теми темными, с фиолетовым металлическим отливом кристаллами, что иногда встречаются в шахтах. Такие убивают любую заразу. Развернула аккуратно завернутый в кожу острый лекарский нож.

Тайрон принес кадку. Вышел, вернулся, поставил рядом пустую. Я развела кристаллы в воде. Стянула одежду с раненой. Тайрон прикусил губу, глядя на беспомощное тело. Заострившиеся черты лица, восковый оттенок кожи.

Почти покойница. Но пока жива. И я собиралась сохранить ей жизнь, чего бы это ни стоило.

— Помощь нужна?

— Удержи ее без сознания. Иначе умрет от боли.

Он кивнул, встал в голова. Длинные пальцы коснулись висков лежащей. Поколебался немного, и все же спросил. То единственное, что сейчас для него имело смысл.

— Сможешь спасти ее?

Я выдержала его взгляд:

— Что смогу — сделаю. Но всемогущи лишь боги.

Он кивнул:

— Я не буду ни в чем обвинять тебя, если…

Нож удобно устроился в пальцах, точно перо.

Руки подрагивали от усталости — впрочем неважно. Я знала — стоит начать, и дрожь пройдет.

— Не смотри.

— Хорошо, — обиженно проговорил Тай. — Я уважу твои тайны.

— Да какие там тайны! — все-таки я слишком устала, не надо бы кричать. — Я видела здоровенных мужиков, который падали в обморок, увидев, как рожает жена. Может, ты и крепче — но проверять не буду. Никто не выдержит, когда режут дорогого чело… — Осеклась. Они оба не были людьми.