Бедная попаданка, богатая попаданка

На другой стороне лица мужчины, которая до этого была скрыта от Лизы, оказался ужасный шрам почти на всю щеку и задевающий часть брови. Из-за стянутой кожи тот дальний уголок темных губ мужчины был чуть приподнят будто в ухмылке. Шрам был относительно "свежим" – рана на немного припухшей щеке уже затянулась, но еще пугала видом грубого рубца и опухлостью вокруг. То есть теоретически мужик жить будет, но когда воспаление полностью сойдет, а шрам станет светлой полоской – неизвестно.

Но девушку больше испугал не шрам, а совершенно неласковый, обжигающий гневом взгляд из-под густых бровей.

Сможет ли она с ним потом договориться о спокойной жизни? Или сразу настраиваться на "бежать подальше" и от него тоже?

Только если судить по шраму, суровой физиономии и внушительному мечу в потертых ножнах на боку, с которым мужчина не расстался даже на торжестве, он практикующий воин.

Вот в чем вопрос.

Глава 2

– Кхм, невеста, дарованная королем верному подданному, никак не может быть нищенкой, – согласно кивнул Его Величество и великодушно добавил, махнув рукой. – Приданное Лисбет Такари составляет десять злотых и всякие прочие женские вещи.

Лиза хотела было уточнить, почему лишь десять, почему так мало, но давящий взгляд, которым продолжал ее сверлить муж, не дал открыть рот. Толпа позади опять ахала, хотя они постоянно шумели, а девушка вспомнила, что она все равно не знает местные цены, и что на эти десять злотых можно купить.

Лиза в этом мире уже достаточно долго находится, но всего неделю с артефактом-переводчиком, дающем возможность общаться, поэтому она до сих пор практически ничего не знала о здешней жизни. Даже имена королевской четы до сих не знала, ведь слуги их упоминали лишь как Их Величества или "наш король". Так что в ответной благодарственной речи, которую осилила попаданка, она так и обратилась – Ваши Величества.

Затем был пир в другом зале, и Лиза наконец-то смогла сесть, а то ноги уже не держали.

Посадили молодоженов по левую сторону от королевского стола, возвышающегося над всеми. Теперь щека мужа со шрамом была как раз повернута к девушке. Но не это портило уставшей Лизе аппетит, а общий гвалт в переполненном зале и навязчивое внимание толпы к их персонам.