Меня любят в магической академии

А без таких сапог я явно проигрываю  фьорде Чиллаг в деле завоевания ректоров.

– Может, подумаешь по поводу Фабиана? – без особой надежды в голосе сказал Бруно. – Хотелось бы видеть нашу семью на свободе и полностью оправданной.

– В таком случае предлагаю тебе поискать какого-нибудь высокопоставленного чина из ФБР с дочерью на выданье и на ней жениться, – уязвленно предложила я. – Такой способ будет намного надежнее предложенного Чиллагами.

– Не могу, – сразу отказался брат, – у меня обязательства перед одной фьордой.

Правда, похоже, она сама так не думает…

Он погрустнел, явно вспомнив Фелан, ушедшую с адвокатом. Да, очень похоже, что ей его обязательства не нужны. Сама она считает себя свободной, что и показала сегодня Бруно.

Назад мы возвращались телепортом. Я немного удивилась, откуда у Бруно деньги, ведь стипендия только на следующей неделе, но он ответил как-то невнятно и таким раздраженным тоном, что я сочла за лучшее больше не расспрашивать. 

– Даже не знаю, к кому обращаться по нашему делу, – безнадежно сказал он.

– Везде глухо. И знакомые не принимают.

В этом у меня уже была возможность убедиться лично, о чем я ему уже не раз рассказывала. Я все способы испробовала, но так ничего и не добилась, пока Плевако не занялся нашим делом.

– Вдруг демон поможет, которому бабушка сказала написать, – неуверенно предположила я. – Аидзава Сэйсисай.

– Да нет, – фыркнул недовольно брат. – Вспомнил, откуда про него слышал. Мы его на политологии проходили. Он так старательно толкал идеи, что демоны – высшая раса, что его даже из Фринштада выслали, – он немного помолчал и возмущенно добавил: – Нет, представь только, эти с хвостами и рогами – неожиданно высшая раса.

Как такое в голову могло прийти? Ведь всем известно, что высшая раса – мы, люди. И чем чистокровней, тем достойнее семья. У Чиллагов, кстати, никаких примесей нет.

– Бруно! – возмутилась я все-таки, так надоело это постоянное упоминание семейства, накормившего нас обедом.

Выходить замуж в благодарность за еду, приправленную лекцией о ценообразовании на рынке антиквариата, я считала чрезмерным.

– Лисси, а что ты будешь делать, если нас всех посадят? – неожиданно серьезно спросил брат. – Я такого не исключаю. Тогда ты опять останешься одна безо всякой поддержки.

Это он сейчас хочет сказать, что все время на свободе только и занимается моей поддержкой?

– Чиллаг – не единственный фьорд в Академии, – просветила я брата. – Мне и Хайдеггер предложение делал. Правда, я ему уже отказала.