Мой маг с высокой башни

Жалко, что ее лицо закрыто.

– Она всего лишь поет. Зачем нам ее лицо?

Стоило песне закончиться, как к Ринелии подскочил какой-то человек, схватил девушку за руку и потащил в глубину сада. Ферниас переглянулся с неизвестным поклонником артистки, но тот равнодушно пожал плечами.

– Ссора влюбленных, я полагаю, – заметил он загадочно.

Еще нелепее ситуация стала, когда в сад отправилась сама госпожа Лавенора. Ее белое платье было невозможно спутать ни с каким другим.

Ферниас вздохнул, прислушавшись к болтовне вокруг.

Шел второй час круга, и первый восторг поутих. Молодой маг чувствовал скуку.

– Печальное зрелище, – сказал он. – Мы могли бы поговорить на любую тему, но зачем-то обсуждаем девушку, которую отослал от себя управитель.

Стоящий рядом человек расхохотался.

– На «любую» тему, мой юный друг, можно говорить в любое время, а вот обсуждать предпочтения вышестоящих следует, когда твое лицо надежно спрятано.

– Я бы все-таки предпочел что-то более интересное, – сухо произнес Ферниас, окончательно разочаровавшись в окружающих его людях.

Из сада певица вышла одна. Почтенный Велиард (он мог скрываться за чужим лицом, но выдал себя обращением с Ринелией) и госпожа Лавенора появились позже, когда артистка успела начать вторую песню.

Пока маг и магесса поднимались по лестнице, обрывки их разговора долетали до края террасы, где стоял Ферниас. Он стал невольным свидетелем того, как была упомянута леди дома Мавли, несколько раз называлось имя лорда и прозвучало что-то о неких травах. Молодому магу показалось, что госпожа Лавенора успокаивала своего спутника, но Ферниас не поручился бы в этом.

.. Однако заклинание скрывало внешность, а не эмоции. Когда почтенный Велиард случайно поднял голову, Ферниас ясно увидел, как сильно был подавлен брат управителя. Юноша быстро отвернулся, не желая знать чужих секретов.

Круг продолжился, но Ферниас, чувствительный к окружению, заметил, что настроение собравшихся изменилось. Хозяин вечера потерял беззаботность и веселый настрой, и это сказалось на всех.

Гости начали расходиться много раньше положенного времени.

***

– И как тебе в голову такое пришло? – спросил Кернел.

Он стоял, привалившись боком к стене и сложив руки на груди. Взгляд лорда был направлен не на брата, а куда-то вниз, словно на стыке стены и пола имелось нечто невероятно интересное.

– Я не сделал ничего плохого, Кер. Я лишь повеселил друзей.

– Если бы я пришел, как ты меня просил, ты бы и мне предложил «повеселиться»?

Велиард вскинул голову.