Мой маг с высокой башни

– Хозяин конюшни сказал, что сараем давно не пользовались?

– Не пользовались, почтенный господин.

– Но я не спросил, как часто его проверяли?

– Проверяли? – уточнила я. – То есть заглядывали внутрь?

Маг ждал ответа. Лорд тоже смотрел в мою сторону.

– Проверяли, когда это требовалось, почтенные маги. Например, когда дверь была прикрыта неплотно или кто-нибудь видел, как заходил посторонний. Погибшая попрошайка иногда ночевала там...

– Даже как? – удивился Кейвас.

Они с лордом переглянулись.

– Да, господин.

Бену постоянно прогоняли, но это не помогало надолго.

Маг задал еще несколько вопросов: о том, когда Лидс в последний раз заглядывал в сарай, кто наши соседи, точно ли я смогу опознать колдуна по голосу и не вспомню ли еще о нем чего-нибудь еще. Инстинктивный страх колдуньи перед магами наконец прошел, и я смогла собраться с мыслями. В убийстве нищенки меня не подозревали, а обыск в «Ласточке» не грозил неизбежным разоблачением. Ни один настоящий колдун никогда не держал при себе подозрительных инструментов.

Этим баловались разве что неумехи и фантазеры.

Мы покинули приют странников, а затем прошли мимо Великих ворот к поселению попрошаек, батраков, бродяг. Маги начали беседу, и я прислушалась.

– Убийство – хороший повод наконец разобраться с этим гнойным нарывом. Давно пора вскрыть его, господин.

– Ты про Лающий тупичок?

Кейвас решительно кивнул.

– Последняя такая попытка была сделана при моем деде, – заметил лорд. – Следует ли мне тебе напомнить, чем все закончилось?

Второго мага он этим не убедил.

– Неудачи нужны, чтобы извлекать уроки, господин. В этот раз мы не будем действовать грубо.

Лорд Кернел покачал головой.

– Лающий тупичок существует столько же, сколько стоит Кинар. Еще никому из лордов не удавалось очистить это место.

Я тоже слышала, что городские голодранцы облюбовали этот низкий берег еще в стародавние времена, потому что в сам Кинар стража их не пускала. Город был свободен от нищих, а все оборванцы ходили к нам, в приют странников.

Я знала, что попрошайки как-то делили его между собой. У каждого было собственное место для «работы»: та же Бена приходила к «Белой ласточке» все полтора года, что я там жила.

– Это потому, что никто не догадался применить огненные вихри, – проворчал Кейвас.

Лорд рассмеялся. Смех был коротким и неожиданным.

– Только взгляните, господин, – продолжал настаивать Кейвас. – Этот рассадник городских преступников не заслуживает ничего иного...