Мой маг с высокой башни

Ни жара, ни боли, а только слабость сильная.

– Все бывает впервые... Я когда-то читала о медвежьей лихорадке. Признаки похожи на ваши.

– Медвежья лихорадка? – Кейра моргнула. – Не слышала о такой...

– Ничего удивительного, на самом деле...

Я присела на кровать рядом с девушкой. Чтобы успокоить Кейру и Тида, пришлось воспользоваться воображением.

– Болезнь эта неопасная, хоть и неприятная. С ней можно столкнуться на севере, а у нас в Эннаве это редкое явление... Наверняка притащил с собой кто-то из приезжих.

Я посмотрела на Тида, бледное лицо которого приняло задумчивое выражение. Обитатели приюта странников каждый день встречали множество людей.

Убедить Кейру оказалось сложнее.

– Странно это, тетушка...

– Чего не случается! Я знаю, чем в Алаазии лечат эту лихорадку. А если к завтрашнему дню вам не станет легче, то пригласим лекаря. Все будет хорошо.

Я думала слова про лекаря приободрят девушку, но Кейра, наоборот, испугалась.

– Тетушка... Это будет дорого.

Странно, что девчонка не вспомнила про своего знакомого Десмия.

Я была уверена, он придет навестить заболевшую подругу, но этого до сих пор не случилось.

– Не забивай себе голову. Будем верить, что лекарь нам не понадобится.

– Так было бы лучше всего – произнесла девушка. – Спасибо...

Я поднялась. Вилис принес с рынка не только куриную тушку, но и двух живых птиц. Пусть название болезни оставалось мне неизвестным – опытному колдуну этого не требовалось.

– Не стоит благодарить, я же сказала.

– Нет.

.. Ты извини меня. Я... Мне жаль...

– Не за что извиняться, – сказала я. – Отдыхайте пока что.

В течение следующих нескольких часов обоим больным постепенно становилось хуже. К вечеру Кейра начала дрожать под двумя одеялами, а Тиделу не помогала согреться даже грелка. Я с нетерпением ждала темноты...

Кладовая находилась вдали от жилых комнат. Внутри имелся земляной пол и надежный замок на двери – место прекрасно подходило для обряда. Я взяла с собой накрытую платком клетку с парой молодых курочек, а затем закрылась на внутренний засов.

Совесть меня не тревожила – судьбой домашних птиц было встретить конец в виде бульона или жаркого. Любая кухарка без колебания рубила пернатые головы. Я собиралась сделать то же самое, хоть и с немного иной целью...

Бессмысленные глаза настороженно следили за приготовлениями к обряду. Более умные животные уже распознавали бы опасность, но курицы обычно до последнего вели себя тихо, и я ценила их за это.