Мой маг с высокой башни

– Вкусно, – сказал он. – Ты сама готовила?

– Да.

Отщипывая от рыбины маленькие кусочки, Аллорий отправлял еду в рот. Получалось у него на удивление ловко.

– Тебе чего-нибудь принести?

Парень поднял голову, но лицо бедняги скрыли грязные русые волосы. Я не представляла, каково ему было сидеть в этом подвале, в полумраке и в одиночестве.

– Чего?

– Я могла бы поставить сюда больше ламп? Или принести тебе воды для умывания?

– Давай, – согласился он. – И того, и другого. А еще мне скучно, знаешь ли.

Я задумалась.

– Хочешь книгу?

– Я плохо читаю... Но давай...

Наверху раздались шаги, и Аллорий застыл. Его словно сковало льдом, таким неподвижным стал наш пленник. Мальчик жалобно смотрел на меня, но я не могла ему помочь.

– Продержись еще немного, – попросила я, перед тем как Ассолонь появилась перед нами.

На Аллория наставница даже не взглянула. Ее красивое лицо оставалось спокойным.

– Все готово? – спросила она.

– Готово.

– Покажи!

Я встретилась с Аллорием взглядом, но последовала за наставницей.

– Я близка к успеху! – сообщила она мне, протягивая лист с рунами. – На этот раз точно. Начерти-ка вот это.

– Да, наставница.

Сцена повторялась много раз. Ассолонь говорила, что теперь-то точно составила правильный узор. Мы испытывали его, но всякий раз убеждались, что сродства по-прежнему не хватает. Наставница уходила к себе, а через несколько дней возвращалась под землю с новым вариантом вязи.

– Аллорий! Эй! Лорий!

Он не отвечал, поэтому я просто просунула шерстяное одеяло через прутья решетки. Я боялась подходить слишком близко. Отчаявшийся человек был способен для отчаянные действия.

Убедившись, что Аллорий не претворялся, я набрала в рот воды и брызнула ему на лицо. Бесчувственный пленник вздрогнул, дернулся и, словно кот, затряс головой.

– Закончилось?

Я кивнула. Наставница ушла к себе. Мы были одни.

– Завернись. Тебе, должно быть, холодно.

Аллорий поежился. Он с трудом поднялся на колени, а затем потянулся к одеялу. Когда мальчик накрыл себя тяжелой шерстью, я протянула ему чашку с горячей водой.

– Спасибо, – пробормотал он. – Как тебя зовут?

Нос у него был заострившимся, а щеки казались впалыми. Белые длинные пальцы судорожно стискивали плошку.

– Эйна.

– Она обращалась к тебе иначе, – сказал Аллорий, продолжая изучать грубую щербатую чашку.

– Эйна – мое настоящее имя.

– Ясно...