Королевская кровь-8. Расколотый мир

Первое: мы все, даже я, хотя крови Черного во мне какие-то капли, ощущаем усиление голода и потребности подпитаться, как бывало, когда открывался крупный переход между мирами. Если бы мы посещали храмы, как легализованные темные, возможно, и не почувствовали бы, но сейчас…

— Сейчас тягу к чужой энергии не сравнить даже с ощущениями, которые появились после ритуала с кровью Марины Рудлог, и голод не утихает, — вмешался в разговор Константин Львовский, маг, который и привел третью Рудлог к заговорщикам.

— Именно, — кивнул Брин.

— Значит, грань между мирами стала тоньше. На нас по-разному это воздействует, но, например, Дугласу, как самому близкому из нас к Гёттенхольдам, пришлось уходить к монастырю, потому что контролировать себя он уже не мог. На всякий случай все темные братья пьют настойки из растений с храмовых земель.

Черныш слушал внимательно, сейчас как никогда похожий на хищную птицу — блеском темных глаз, наклоном головы. Настойки были спасением, потому что опасности подвергались свои же, не являющиеся потомками Темного жреца.

Например, сам Данзан Оюнович, чья аура светила и манила, как горячий и сытный маяк.

— Возможно, нужно немного подождать, — продолжал Брин. — Грань истончается. После смерти королевы Рудлога прошло почти семь лет, когда отток ее силы стал заметен и привел к изменениям стихийного фона на Туре и ослаблению Стены вокруг Рудлога.

— У нас нет семи лет, — сухо напомнил Черныш. — Еще год-два в лучшем случае, и Тура станет планетой нежити. И если смерти Белых королей недостаточно, то можем ли мы позволить себе ждать, чтобы это понять?

Он осмотрел хмурые лица соучастников — и пожилых, и совсем молодых.

Да, часть из них были фанатиками, но в основном здесь присутствовали обычные люди. И убийства для них, даже оправданные высшей целью, не являлись тем, с необходимостью чего легко было смириться.

— Не думайте, что я испытываю радость от того, что нам приходится делать, — резко проговорил Черныш. — Я близко общался с отцом Луциуса Инландера, неоднократно пересекался с ним самим и крайне его уважал.

Но трудные времена требуют трудных решений.

— Мы все это понимаем, — сдержанно и сочувствующе сказал Брин. Остальные хмуро кивали. — Но есть еще кое-что, о чем вы должны знать, Данзан Оюнович. Дело в том, что после смерти Белых королей у некоторых из нас начались очень странные сны. Сны о другом мире, о поселениях крылатых людей, очень похожих на вторую ипостась потомков Черного Жреца, дар-тени.