(Не)покорная жена

– Нет, ты видела, как зыркнула своим взглядом? Зря болтать начали, мало ли сглазит. Бесстыдница.

– Да как есть бесстыдница. Уселась на шею Никитке, а ему детей кормить нечем. Всю магию кандалы блокируют…

– Какие кандалы? – всё же остановилась и посмотрела на болтушек.

– Клава, ну что ты болтаешь почём зря, – одёрнула одна женщина другую, потом подхватила под локоток и быстро повела по дороге в противоположную сторону.

А вот это интересно, нужно поговорить с Никитой и о магии, и о его кандалах. Сошлюсь на потерю памяти, если что-то заподозрит.

Глава 7. Чёрные метки

Никогда! Никогда не ходите голодным в магазин! Пусть это даже не магазин, а какая-то лавка, голод заставляет купить всего и много, поэтому я поступила умнее, чтобы сэкономить деньги, мы с детьми зашли в небольшую столовую, уж не знаю, как она называется в этом мире, возможно, харчевня. Над дверью болталась вывеска «Обжорка». А аромат стоял такой, что мои внутренние стоп-краны сорвало, да, я банально пошла на запах.

– Что вам угодно? – только мы сели за столик, как подбежал невысокий мужчина и замер, ожидая.

– А что у вас есть? – меню он не предложил.

Выбор был небольшой, два супа, один куриный, другой из говядины. Ароматное жаркое из дикого кабана, четыре гарнира, два – каша, а два – овощи. Рыба на углях, кисель, чай.

– Госпожа, я вижу вас впервые, так что сначала расплатитесь, – нагло заявил он, после того, как принял заказ на три тарелки куриного супа, кисель, кашу для всех и рыбу, выбирала самые дешёвые позиции.

Молча протянула деньги, хотелось есть, а не спорить.

– Это всё нам? – Леночка протянула руку к киселю.

– Вам, приятного аппетита, ешьте аккуратно, на одежду не капайте, – улыбнулась детям.

С едой мы расправились быстро. Поблагодарив хозяина, отправились за продуктами.

– Ох, и давно мы так сытно не ели, – произнёс Андрей, поглаживая себя по животу.

– От пуза, – захихикала Леночка, поглаживая свой живот.

В лавке мы взяли муки, масло, похожее на подсолнечное, но не оно, три яйца, дрожжей щепотку, риса и соли грамм двести, соль стоила, как сахар.

Дети на меня смотрели с обожанием, особенно когда я поставила тесто. Никогда в жизни его не ставила, но видела, как это делает бабушка, в детстве она часта пекла пирожки, а я крутилась рядом, наблюдая.