Восток. Запад. Цивилизация.

Он чудесен.

Я вытащила тонкую цепочку и прижала камень к щеке. Правильно… алмаз и золото, золото и алмаз… буду надеяться, что это тоже из-за дара, энергии и всего остального, а не потому, что я все же слегка свихнулась.

Шары под потолком затрещали.

И опустились.

Ниже.

Еще ниже… и на ладонь. В камень сила уходила, что вода в сухую землю. А я видела её, там, внутри, видела, как она наполняет алмаз, как… как меняет его.

Самую малость.

И еще.

И третий тоже… и вот так… а дальше что?

- Если хочешь получить артефакт, то нужно задать посыл.

Свойство.

- Как?

- В нормальных условиях путем длительных расчетов и точечного воздействия, но ты просто попробуй представить, чего от камня хочешь.

А чего я хочу?

Чтоб я знала…

- Допустим, чтобы защищал. Скажем, от опасности…

Это уже было, в том, в синеньком… но да, почему бы и нет? Кто сказал, что нельзя повторить. Тем более синенький – это не мой, а вот розовенький – очень даже мой.

- И в конце проводят привязку, к ауре хозяина, но тогда задают условия, при которых артефакт можно перенастроить, скажем, в случае продажи или гибели хозяина.

Но чаще привязывают на кровь. Кровь несет характерный отпечаток, и у родственников схожа. Правда, тогда управлять артефактом сможет любой человек, кровь которого камень примет.

Интересно.

И…

Не то.

Я закрыла глаза и села, взяв камень в руку. Я поднесла его к губам и выдохнула. Почему-то рукам стало жарко, и… и жар тоже ушел внутрь.

Это мой.

И… и моих детей, если будут у меня дети.

И детей моих детей тоже. И всех, в ком есть моя сила… сила – это почти кровь, почему-то опираться на нее мне кажется более правильным.

Да.

Именно так все.

А если кто вздумает украсть… от самой это мысли в глазах потемнело. Мое! Никогда и никто… надо успокоиться. Надо… вор, посягнувший на собственность моей семьи, будет наказан.

Именно.

Я почувствовала отклик и улыбнулась.

- Вот так, - я открыла глаза и…

- Ты все-таки подпалила гостиную, - сказал Чарльз, засовывая за щеку последнюю конфету.

А по ковру пролегла не очень длинная, но широкая черная полоса.

Это… это…

- Ты огнем дохнула, дорогая.

- Я… не нарочно, - пальцы разжались, и остывающий камень выпал из рук, чтобы повиснуть на цепочке. Алмаз больше не был розовым.

Он потемнел.

И… и бывают алмазы вишневого цвета? Хотя, конечно, красиво получилось.

- Красиво, - Чарли руку протянул, но тронуть не решился. – Можно?

Я протянула цепочку.

- Теплый… и горячий даже.