Все ведьмы - стервы, или Ректору больше (не) наливать

И эти поглаживая оказались неприлично приятными!

Нет, что он себе позволяет?!

Я с возмущением уставилась на нахальную конечность, перевела взгляд на ректора:

— Кхм-кхм, — не скрывая негодования, привлекла его внимание.

Ректор посмотрел на меня, перевел взгляд на свою руку, на которую я красноречиво косилась, и, уставившись на нее, искренне удивился. Потом резко одернул и встал.

— А что вы вообще делаете на экспериментальном огороде? — спросил он. — И зачем залезли на дерево?!

Вопрос, прямо скажем, неудобный. А потому ответ на первую его часть я пропустила:

— Так Бруно… — пожала я плечами.

Магистр поддержал меня под руку и помог подняться.

— Что Бруно? — окинул ректор собаку хмурым взглядом.

— Ну-у… я сюда, а он… за мной… Вот.

— Ага… — оборотень посмотрел на недавно облюбованную мной ветку. — Но сейчас-то он на вас не нападает. Почему?

— Да кто же разберется в их собачьей душе? А это ваш песик?

— Мой, — кивнул магистр. — Погулять его сюда выпустил.

— Ну вы тогда его расспросите, а я пойду, да? — и попыталась проскользнуть мимо мужчин.

Маловероятно, что этот маневр у меня получился бы, но попробовать я должна была.

— Стойте, адептка, — усмехнулся оборотень. — Господин ректор вас, конечно, обезболил, но это не значит, что ваша нога здорова и уже можно бегать.

— Ничего, я аккуратненько.

— Давайте я лучше донесу вас до лазарета.

Я улыбнулась, собираясь отказаться — не хватало еще, чтобы меня магистры по академии на руках таскали, — но ничего сказать не успела.

— Не нужно, — опередил меня ректор.

А я подумала, что, конечно, ни у кого на ручках ехать не собиралась, но все же… обидно. Чешуйчатый мог бы и пожалеть пострадавшую адептку, а он…

Но все эти мысли уже через несколько секунд вымело из головы, потому что ректор окинул меня хмурым взглядом и заявил:

— Я сам.