Истинная пара: а вампиры здесь тихие?

Мы покосились на весь дом, надеясь, что от нашего присутствия он не упадет нам на головы.

- Ну что, - Василина боялась, а я нет. Не могу объяснить причины, но я словно… словно вернулась домой, - пойдем…

Половицы скрипели, проваливались под ногами, везде пахло сыростью и плесенью, огромная комната оказалась совершенно пуста – ни мебели, ни грязи, ни разбитой старой посуды – ничего. Только стол. Один. В самой середине.

А на столе маленькая шкатулка.

- Я думаю, что ее лучше не трогать, - с сомнением заметил колдун, - если разговоры о Розенкранц верны, то эта женщина мастер ловушек.

Маленькая шкатулка была полностью усыпана дорогими, очень дорогими драгоценными камнями. Здесь и россыпь сапфиров, и чистейшие алмазы, по краям сияли коньячные бриллианты, но…

- Они не видят. - голос ведьмы прозвучал у самого уха. Что странно – Вернер тоже отреагировал на появление Марии. Он повернулся ко мне, словно почуял чужое присутствие, - ух ты, а твой вампир действительно очень умный… Знаешь, этот дом так много для меня значит… Так много воспоминаний с ним связано… Запомни их, отдели важное… Тогда и найдешь ответ.

Внезапно все исчезло. Перед глазами будто прошла волна – волна времени, которая переместила совсем в другую эпоху.

Больше не было Вернера – вампир еще не родился, так же отсутствовала вся команда – судя по всему их даже в проекте еще не существовало.

Печь… Большая и теплая… Я бы даже сказала – огромная. Широкий стол, уставленный блюдами с едой. Пахло только что приготовленной картошкой, тут же стояли малосольные огурчики, закуски…

Рядом стояла женщина – совсем молодая, до ужаса красивая… Мария улыбалась, внимательно рассматривая маленькие чайные чашечки.

И они пришли.

Ее супруг и совсем юная дочка – Дебора. Девочка улыбалась, выглядела счастливой точно так же, как и ее отец. Мужчина с большим удовольствием обнял свою жену, мягко и нежно поцеловал ее в щеку…

Я больше не видела в его глазах жестокости и безразличия как тогда, в момент обучения Марии.

Маленькая девочка побежала мыть руки, переоделась в длинный светлый сарафан и тут же села за стол. Я не слышала, о чем они говорили. Звуки отсутствовали, но я видела улыбки – мимолетные, легкие, наполненные спокойствием и нежностью. Они были счастливы в этом старом, почти разрушенном доме.