Истинная пара: а вампиры здесь тихие?

Мужчина схватился за сердце, уставившись на вампира своими огромными синими глазами, - это что за дрянь на твоем лице?

- Так я не чую ее запаха…

- Зато так я испытываю ужас! Вампир-вегетарианец в противогазе… Матерь Божья… ВЕРНЕР! И как, помогает?

- Ага, я туда еще ваточку с нашатырным спиртом положил, но все равно еле заметный аромат улавливается…

Я так больше не могу. Сознание сделало финт ушами, я вновь почувствовала головокружение.

- Только не падай! – сильные руки Михаила вовремя меня поймали, уложив обратно в кровать, - вот видишь, что ты наделал? Я сам чуть копыта не отбросил, что уж о человеке говорить?

- Не копыта, а лапы, - тихо прошептал вампир, - оставь нас, пожалуйста…

- НЕТ! – не знаю, кто такой этот Михаил, но его присутствие было очень важным.

Рядом с ним у меня все еще оставалась надежда, что вампир в противогазе не убьет меня из-за какой-то там страсти, - останьтесь…

- Вот видишь, дама просит, она напугана… И Я ТОЖЕ! Но идея хорошая, тут спорить не буду.

Я уставилась на вампира, вампир на меня, затем мы оба перевели взгляд на Михаила.

Наступило напряженное молчание, каждый не понимал, что делать, и в конце концов мой спаситель не выдержал:

- Так, с меня хватит. Я отвезу тебя домой, хорошо? Ты меня слышишь, Марианна? Домой! Но если ты хоть кому-то расскажешь о нас…

- Я буду молчать, - пролепетала я, - мне и так никто не поверит.

- Тебе поверят те, кто сами являются нелюдьми. Их много и они могут услышать. И если они услышат, то тебя убьют. Все поняла? Молчи, приходи в себя и живи дальше своей человеческой жизнью.

А ты, травоядное, иди в подвал и пей кровь, я нацедил тебе коровью, а то смотреть на тебя страшно.

Вернер печально пожал плечами, ничего не сказал и тихо вышел из комнаты.

- Встать можешь? - Я честно попыталась, но ничего не вышло, - понял, тогда держись.

Михаил с легкостью взял меня на руки, закутал при этом в одеяло и вышел из комнаты. Неужели я останусь живая? Я правда вернусь домой?

Мы спустились по широкой лестнице с витыми перилами, вышли в огромную гостиную на первом этаже, а затем уже оказались на улице.

Рассвет казался своего рода чертой, знаком, что все плохое осталось позади, хотя с другой стороны, все могло лишь только начинаться.

Прямо перед входом стоял большой, с виду до омерзения дорогой автомобиль. Я не знаю, что это за марка, но никогда в жизни не видела подобных машин. Обтекаемая форма, большие диски и невероятной красоты салон, обтянутый мягкой, светло-коричневой перфорированной кожей.