Некрасавица и чудовище. Битва за любовь

Принц потребовал от гостей оказывать Клеа внимание и почести в соответствии с ее высоким положением. Темные охотно кланялись и говорили комплименты, но улыбки скрывали оскалы, за учтивостью пряталось пренебрежение, за безукоризненной вежливостью — издевательство.

***

Во время шумного пира я заметила, что Моран куда-то исчез. Принца Гиса тоже не было видно. Перед глазами все кружилось, в зале стояла ужасная духота. Почувствовав дурноту, я решила улизнуть в наши покои и дождаться Морана там.

Я шла по пустынным коридорам дворца, когда путь преградили двое темных.

Их фигуры были закутаны в длинные плащи, лица скрывали костяные маски. Они угрожающе двинулись на меня.

— Беги!

Я развернулась и побежала. Вдогонку несся глумливый смех, но топота ног не было слышно.

Не знаю, как и когда я остановилась. Я забежала на верхнюю галерею и привалилась к колонне. В глазах было темно, легкие с трудом выталкивали воздух сквозь трясущиеся губы.

— Хозяйка? Вы как? Не испугались? — это был Хок.

— Там маги… в масках.

Я указала в сторону коридора.

— Ничего не бойтесь.

Великан взял меня под руку.

— Я провожу. А уж хозяин Моран потом потолкует по-свойски с этими шутниками.

— К-как ты узнал, что я здесь? — спросила, чуть успокоившись.

— Так хозяин Моран велел присматривать. Вот я и присматриваю за вами. Да и за ним тоже.

— Я тебя не видела.

— А галка на хвосте принесла, — загадочно ответил Хок и улыбнулся.

Он довел меня до покоев без приключений, магов и след простыл.

Словно они мне привиделись. Потом Хок поклонился и степенно ушел. Я разожгла огонь в камине и приготовилась ждать Морана, но он все не шел. Дурнота немного отступила, зато ужасно разболелась голова. Когда я лежала, становилось полегче. Боль усиливалась тревожными мыслями. Наше воображение может стать нашим худшим врагом.

Наконец-то тихо скрипнула дверь. Я приподнялась на локте.

— Моран? Это ты?

Муж бесшумно зашел и опустился рядом на кровать. Он напряженно молчал.

— Что-то случилось?

Я устроила голову у него на коленях, давление на висок облегчило боль.

Моран принялся задумчиво поглаживать меня по волосам, зарывая пальцы в пряди.

— Я говорил с принцем, Магда, — тихо сказал он, — И просил разрешения жениться на тебе согласно существующим порядкам.

Мои глаза широко распахнулись. То, что Моран заговорил об этом, принесло радость и огромное облегчение. Значит, наш тайный брак станет явным. Но почему тогда Моран так мрачен?

— Принц отказал.