Замок Кон'Ронг

Сначала шевелят ее палкой, потом набираются смелости, и Джин берет ее в руки. Вот, пальцы так потом и пахли.

Змеями?

Но почему?

И все же, Джин была уверена, что запах ей не показался. Слишком уж близко она была к этому мужчине, чтобы спутать. 

Может, у него в костюме есть что-то из змеиной кожи? Она читала, есть такие змеи, которые большие, с них даже можно кожу на сапоги содрать... но стоить эти сапожки должны не один золотой, так что незнакомец явно не последнюю корочку хлеба без соли доедает.

М-да, не быть тебе, Джинджер Брайс, наивной романтичной девицей.

Другая бы тут про поцелуи, про объятия, про прыжок через костер, а ты?! 

Ай-яй-яй.

Уже просчитала, что могла. И что не калека, и что богат... как его еще мама примет? Хотя в глубине души Джин знала ответ. 

Кларисса Брайс будет обожать любого, если этот самый любой будет любить ее дочь. Но до определенного предела.

Картежника, пьяницу, бабника не потерпят ни она, ни Джин.

Есть чувство, которое дает крылья, есть мужчины, которые потом методично выдергивают из них перья, а это больно. И ты потом чувствуешь себя ощипанной курицей. Для себя Джинджер такого не хотела. Она знала, что есть женщины, которые любят еще и не таких, но это неправильно. Как можно любить пьяную скотину, потерявшую человеческий облик?

Или человека, для которого что ты, что другая, как глоток воды?

Это не любовь, это глубокий душевный разлад, это лечить надо.

Если этот мужчина все же появится в ее жизни, надо натравить на него и мать, и леди Нэйру. Эти все выпытают. Вплоть до цвета подштанников.

Приняв решение, Джинджер поднялась с кровати, и пошла отпирать дверь. Хорошо она вчера замуровалась, на все замки и засовы....

А кушать хочется!

***

 Обед был... впечатляющим. Точнее, присутствующие на нем.

Леди Дженет, восседающая во главе стола с так плотно сжатыми губами, что в них, казалось и иголка не пройдет, не то, что ложка.

Лесс, нежно-зеленого цвета, периодически дергающийся от слишком громких голосов.

Джинджер, заспанная и довольная собой и жизнью.

Тиана, утешающая брата.

Ивары – две штуки, один сочувствующий Лессу, второй явно забавляющийся ситуацией. Сочувствует Ивар Линос, явно вспоминающий свои похмельные моменты, а Ивара Ривена все это забавляет. Он перебегает взглядом с одного лица на другое, и прячет улыбку в бороде.