Любовница снежного лорда

Лорд Эйн потрясенно руки опустил и переспросил:

— Что?

— Я говорю: меньше слов — больше дела! Нитки с иголками где, красноглазый?!

Нахмурившись, прекрасное снежное изваяние идеального отца моих будущих детей выдало:

— Не нашел. И потрудитесь обращаться ко мне более уважительно, Виэль. Можете называть меня «господин».

Видение десяти сыночков медленно истаяло — не люблю заносчивых мужиков, а этот явно такой. Зато сразу ясно, что безопасный — он на меня теперь точно не набросится, потому как если что, я на опережение пойду.

— Ладно, — снова достала ключи из декольте, — идем, ледышка, твою халупу исследовать будем.

Но пока я открывала двери, этот, поправив воротник своей рубахи, разъяренно прошипел:

— «Господин», Виэль. Я уже осознал, что у вас трудности с восприятием простых фактов, так что понимания не требую, просто — запомните.

Это у меня трудности? На миг перестала ключ в замке прокручивать, из-под ресниц взглянула на лорда, постаралась скрыть усмешку.

Это не у меня, мужик, это у тебя большие трудности возникли. Если уж ты так много обо мне успел выяснить, должен был бы знать, что Закари поначалу на мне жениться даже не собирался. Это я в него влюбилась. А влюбленная я хуже меня же просто злой и оскорбленной. Так что это у тебя проблемы, мужик. Большие проблемы. Имя им я! В смысле, твоя жена будущая.

Открыла дверь, выскользнула, подплыла поближе к потенциальному супружнику, и ничего, что тупой, — поумнеет, деваться ему теперь некуда, окинула его с ног до головы влюбленным взглядом, преданно заглянула в красненькие глазенки и промурлыкала ласково так:

— Сугробик ты мой, а по каким уровням замка ты обычно вообще никогда не ходишь?

Снежный изумленно моргнул, потом почти зарычал, потом…

— Да, с мозгами проблемы, — печально констатировала я.

То есть короче, наверное, если не выйду замуж, так просто поиспользую и брошу.

— Виэль! — прошипел разъяренный лорд Эйн.

— Да ладно, чего уж там, — я похлопала ресничками, — мы люди не чужие, даже уже практически близкие, так что можешь звать меня по-простому: «госпожа моего сердца».

И пока сугроб зависал, говорю же — тупой, я пошла прочь, запоминая по ходу движения место расположения моего спасительного закутка.

Разъяренный лорд Эйн догнал меня к тому моменту, когда я на середине лестницы уже была.