Мой фальшивый муж никогда не попадается на вранье

– Больше не зови.

– Конечно, Варя.

Девушка только вздохнула.

Я нахмурилась.

Особенно расстроенной она не выглядела.

Заинтересованной тоже.

Так зачем пришла?

– А что именно мы делаем? – поинтересовалась я у Вари, надеясь, что это отвлечет ее от рассуждений на тему “Почему Дафна Флорианская отстой, Лукьян Хилков бесхребетный лопух, а цесаревич должен быть моим и точка”.

Ну или хотя бы от большей части этих рассуждений.

Варя заметно расслабилась и даже подобрела.

– Мы просим богиню о помощи в любви.

Ну, по большей части, конечно, я прошу. А девочки помогают. Ритуал требует, чтобы участников было как можно больше, так сила молитвы будет выше, понимаешь? И тогда судьба наконец-то сведет меня и Илариона Олеговича. У тебя же, – внезапно помрачнела она, – нет никаких возражений?

– О, – закатила я глаза, – нет. Кто я против судьбы?

– Вот и славно.

– Но ведь у цесаревича есть невеста. Как же быть с ней?

– Это ненадолго, – отмахнулась Варя. – Что там за невеста? Потерянная Змеева? Пусть сначала докажут, что она настоящая.

– У вас уже были уроки танцев?

– Нет, завтра будут. А что?

Если бы я была Платоном, я бы специально ее раздразнила. Но я была собой и поэтому оставила все на волю судьбы. Если ей суждено ляпнуть при Гордее, что его сестра не заслуживающая внимания фальшивка, так тому и быть.

– И какой именно богине мы молимся? – спросила я.

Ритуал казался мне знакомым, а вот сам вывод весьма абсурдным.

– Джанарии, конечно, – сказала Варя. – Богине войны и справедливой битвы.

Ведь любовь – это самое настоящее поле битвы.

Мое сердце пропустило удар.

Это были очень знакомые слова, которые я уже где-то слышала. Но где?

Я посмотрела вниз.

Круг.

Высушенные цветы.

Да это же самое настоящее око битвы.

Во всяком случае в некой символической форме.

Не хватает только…

– Ты хорошо танцуешь? – спросила Варя.

– И ты стала танцевать? – рявкнул Платон. – Ты с ума сошла?

– Конечно, я не стала танцевать. Моя необразованность еще никогда не была так кстати.

Там вообще никто не стал танцевать. Во-первых, там особо и негде, а во-вторых, я выбила молнией окно, разбила пару раковин. Комната в воде, визге, и все – в полной уверенности, что ритуал лучше отложить. Но главное тут не это, а то, что я практически уверена в том, что все что мы нашли взаимосвязано и берет начало из этого ритуала.

– Джанария не отвечает на подобные молитвы, – сказал Лукьян.

– Тогда вопрос только в том, кто ответил вместо нее.