Тайна Печатей

— Я этого не делал! — простонал подозреваемый. От надменности в речи не осталось и следа. — У вас нет доказательств! Вы не имеете права пытать меня! Если графиня Ротерьи узнает, что вы сделали с её придворным магом, она…

Но не успел Монни договорить, как я снова коснулась его кожи. Впервые я ощутила, что способна контролировать свой дар: его интенсивность и размах. Я повысила градус, понятия не имея насколько же ему сейчас больно, но должно быть невыносимо... В глазах полопались сосуды, а крик стал настолько гортанным, что мне показалось будто у мага сейчас остановится сердце.

Когда я вновь от него отскочила, то обнаружила что и мои собственные глаза увлажнились. Мне было жаль его, но ещё больше жаль себя, что должна проходить через всё это. К горлу подступила рвота и стало невыносимо холодно, хоть я и была в зимнем пальто. Я чувствовала, что медленно убиваю этого человека…

— Да! — прокричал он, глядя на меня безумными красными глазами. — Я убил сэра Рохо!

И тут мне на плечо опустилась ладонь.

— Ты молодец, — сказал он. – Теперь у нас есть признание.

Часть меня хотела всё это прекратить, но другая не верила в признание, выбитое под пытками. Сразившись в трёхсекундной схватке с совестью, я выпалила:

— Что-то здесь не так. Он врёт.

— Заметила всё же, — в голосе и взгляде следователя читалось ранее отсутствующее уважение. — Даю тебе ещё пять минут. Выясни правду.

Я кивнула.

— За что вы убили счетовода? — спросила я Монни.

Мужчина растерялся, боль выбила его из равновесия, лишив способности мыслить здраво. Мыслить быстро. Даже если ты умён.

— Просто… просто так… — неубедительно пробормотал он, склонив голову. Его длинные волосы рассыпались по столешнице. — Без причины… Я это сделал. Сознаюсь.

— Скажите правду, и я больше вас не трону, — я старалась звучать мягко, но голос дрожал и хрипел от пережитого стресса.

— Просто… просто…

Мужчина темнил и до сих пор не хотел в чём-то признаваться, хоть и было понятно, что он точно замешан в этом деле. Но каким образом? Что он сделал, если не убивал счетовода? А если убил, то почему не может назвать причину? Мне ничего другого не оставалось, кроме как снова до него дотронуться. Монни тут же задёргался, желая спрятать от меня руку, но кандалы не дали ему этого сделать.