Тайна Печатей

Глядя на трясущиеся пальцы и ободранное о стальной браслет запястье, я внезапно передумала касаться руки, дотронувшись до его лица.

Подозреваемый не кричал, напротив замерев на месте. Его глаза смотрели в одну точку, а рот приоткрылся. Я следила за тем, как на лбу вздуваются вены, как наливаются кровью глаза, как в них один за другим лопаются уцелевшие сосуды…

— Гра-фи-ня, — по слогам проговорил он и я в ту же секунду остановилась. Монни заплакал. Громко, жалко, навзрыд. — Это графиня Ротерьи убила своего счетовода, чтобы скрыть долги.

Я только помог очистить его тело от следов магии.

— Зачем вам это? — спросила я спокойно, заметив, что когда заплакал он, слёзы на моих глазах уже высохли.

Несмотря на тёплый тон, мужчина боялся моего голоса. Резко дёрнулся, ударившись о ножку стола.

— Прошу, не мучай меня больше.

— Я не… — обомлела, глядя на этого сломленного человека, ещё десять минут назад глумившегося над всеми с высоты своих магических способностей.

— Умоляю не трогай меня.

Попятилась назад, напуганная не меньше него.

Только что я пытала этого человека, но неужели свела его с ума? А он ведь даже не был убийцей… К горлу опять подступила рвота и я не была уверена, что на этот раз сумею её подавить.

Вдруг меня затормозили. Я чуть не врезалась спиной в Лешара, всё это время стоявшего в дверях. Развернув меня к себе лицом, мужчина произнёс:

— Не бери в голову. Главное, ты справилась.

«И это главное?!» — теперь я подавила крик, который желала обрушить на следователя.

— Но я так и не узнала мотив… — вместо истерики процедила я.

— Ходили слухи, что Габриэль Монни любовник графини Ротерьи. Видимо поэтому она отказывала всем претендентам на руку и сердце, но без богатого мужа не смогла оплачивать свои хотелки. Уверен, проверив её счета мы найдём подтверждение мотива убийства графского счетовода. Графиня убрала честного бухгалтера, а любовник уничтожил все следы её преступления.

— Да! Да! Да! – прокричал с другого конца комнаты подозреваемый. – Всё так и было!

Сейчас Монни готов признаться в чём угодно, но на этот раз он не лгал.

Я это чувствовала.

— Думаю, дело можно считать раскрытым, — подытожил Лешар.

Не помню, как я очутилась в коридоре, но ноги меня не держали. Я опёрлась о стену, чтобы не упасть. Меня всё ещё била сильная дрожь, а глаза мучила режущая боль от сдерживаемых слёз. Взгляд инстинктивно упёрся в Кристину. Как никогда прежде я нуждалась в лучшей подруге, в её поддержке и понимании.