Смерть никогда не стареет

Вот тут, – он слегка хлопнул по своему доисторическому «дипломату», – собраны кое-какие бумаги по делу, которым я занимаюсь уже несколько лет и которое занимает все мое свободное время. Мне очень бы хотелось, чтобы ты ознакомился с этими бумагами. И высказал свое мнение…

– А что это за дело? – заинтересованно полюбопытствовал я.

– Долго рассказывать, – ответил Геннадий Павлович после некоторой паузы. – Ты как сегодня вечером свободен?

– Для вас я буду свободен, – успокоил я.

– Вот и хорошо, – произнес бывший главный редактор «Московского репортера» с некоторым облегчением.

 – Тогда давай часиков в семь у меня. Я все тебе расскажу и кое-что еще и покажу. Уверен, что это дело тебя заинтересует.

– Хорошо, договорились, – я немного замялся: – А адрес свой вы бы напомнить мне не могли?

– Да, извини, – спохватился Геннадий Павлович. И назвал свой адрес. После чего добавил: – Ладно, ступай. А то на работу опоздаешь.

– Не опоздаю, – улыбнулся я.

– Все равно иди. – Нехватов посмотрел на часы: – Скоро мой автобус… До вечера.

– До вечера, – ответил я и поднялся с лавочки. Не успел я сделать и двух шагов, как освободившееся после меня место возле Нехватова заняла какая-то шустрая старушенция в выцветшей косынке, синей кофте и сереньком платье в горошек. У нее в руках тоже был «дипломат», который она положила себе на колени. Надо же, какой нынче спрос на дешевые «дипломаты»!

Пройдя шагов пять я оглянулся. Геннадий Павлович дружески махнул мне и повернулся к старушке, которая что-то у него спросила.

Он начал ей что-то отвечать, и старушенция стала кивать ему в ответ, как это обычно и делают старики, слушая собеседника и стараясь то ли запомнить, то ли понять, что он говорит. А потом старушка повернула ко мне лицо и бросила на меня взгляд с затаенной смешинкой, который показался мне знакомым. Я тотчас попытался вспомнить, где я мог видеть этот взгляд. Ничего путного в голову не приходило. А может, мне показалось, что я его где-то видел?

Подошел рейсовый автобус. Очевидно, не устраивающий Нехватова, поскольку он остался сидеть на лавочке.

А вот старушенция бойко так поднялась с лавочки и вошла в автобус.

Я отвернулся, прошел несколько шагов, и тут что-то сильно толкнуло меня в спину, так, что я едва не упал. И одновременно услышал позади себя гром (так мне поначалу показалось). Через какую-то долю секунды я сообразил, что это был взрыв. Я оглянулся и увидел, что остановочный павильон заволокло дымом, в котором слышались стоны и крики.