Мои кровожадные соседи

– Только сначала разберемся с более серьезной проблемой. Вспоминай, кто это был.

- Да разве ж разглядишь? Оно одним пятном смазанным пролетело.

- Значит, опять пьет кровь, - обернулась я к стоявшему в дверях вампиру.

- Да. Только зачем ему сова нужна была? – кивнул Григор.

- Петр знал про камеру в ней, - нехотя призналась я. – Мы даже концерт Пончика смотрели…

- Пару раз, случайно…

- Ладно, да, не пару раз, а больше, и не случайно, - согласилась я.

- Так это хахаль твой сову мою убил? – удивился Пончик.

- Хахаль? – удивился еще больше вампир.

- Так, стоп, по углам! – я поднялась. – Пончик, что еще Петр тут натворил?

- Вроде, ничего больше, - домовой шмыгнул носом, отложил голову совы, встал и деловито упер кулаки в бока. – Сейчас посмотрим. Ничего не разбил, ничего не взял, ничего не трогал.

Гоблин шел по комнате, инспектируя все зорким глазом, пока не уперся в шкаф. Открыв его, домовой и по полкам пробежался взглядом.

- Вещи твои тоже не трогал, - заключил он.

- Этим только ты заниматься можешь, - отмахнулась я.

- И что теперь? – Григор подошел и поднял оторванную голову.

- Ты думаешь о том же, о чем и я? – я взяла из шкафа любимую байку и закинула ее к себе на плечо.

- О пижаме Пончика? – содрогнулся вампир.

- Нет, - я невольно глянула на противоестественно салатовый махровый костюм, буквально вырывавший глаза своей яркостью. – Я переезжаю к тебе. Во всяком случае, здесь я теперь смогу появляться только днем.

- Вот эта новость мне куда больше нравится. Собирай вещи.

- Зачем? Мне же достаточно две двери открыть, так что пусть все здесь остается, - я демонстративно подняла рукав байки, - это все, что мне нужно с собой.

- Да и то не нужно, - хохнул домовой, продолжая осматривать комнату. – Бери с собой только разрешение от нотариуса…

- Кстати, - я переложила байку вампиру на плечо и пошла к столу. – Где оно.

- Это точно лишнее, ты меня больше на такое не уговоришь, - Григор прислонился к двери и, старательно делая вид, что это случайность, медленно стянул мою байку за краешек на диван.

- Я все вижу, - сообщила я.

Подняв ноутбук, я поняла, что далеко не все. Разрешения не было на столе. И под столом. И за столом.

- Оно исчезло, - вынуждена была признать я, заглянув во все возможные щели. – Это нормально? Оно ушло какой-то потусторонней голубиной почтой, как только было использовано?

- Нет, его забрали.