Мои кровожадные соседи

И я знаю, кто, - Григор подошел и оперся руками о столешницу, внимательно осматривая то место, где до этого стоял мой ноутбук.

- Зачем? Разве его может использовать кто-то другой? На нем ведь твоя подпись.

- В том-то и дело, - хмыкнул вампир. – Возможно, Петр рассчитывает, что я снова стал бы пить твою кровь, думая, что разрешение все еще здесь.

- И это уже было бы незаконно? - я кивнула и прикусила губу, - Точно. Похоже, он серьезно собрался тебя посадить. И что это ему даст? Ну серьезно, сколько тебе дали бы за это?

- От семи до десяти лет, - пожал он плечами.

- Не так и много для вампира. Даже если не пить кровь, а там явно соблюдают строгую диету. Что-то не тянет на кровную месть после кола в сердце.

- Это меня и беспокоит. Ладно, пойдем. Пусть думает, что хочет, все равно я этого не сделаю.

- Я не пойду никуда, - тут же уперся Пончик.

- Здесь небезопасно, - напомнила я.

- И что этот хахаль может сделать домовому гоблину? – насупился мой помощник.

- Могу продемонстрировать, если ты не перестанешь так его называть, - предложил Григор.

- Поймай сначала, - гоблин подбоченился.

- По углам, - я снова стала между ними. – Пончик, если ты уверен, что тебе ничего не грозит, можешь остаться. Но учти, что я буду переживать.

- Не волнуйся, я за квартирой присмотрю, - домовой примирительно похлопал меня по ляжке. – А то и поймаю твоего ха… вредителя, в общем. Идите.

- Розы мои не трогай, - я осмотрелась по сторонам, думая, о чем бы еще предупредить Пончика, но так ни к чему и не придралась.

- Ага, только хах… Петру сначала позвони, чтобы убедиться, что он далеко, прежде чем заходить, - напомнил домовой.

Я поймала на себе очередной недовольный взгляд Григора, демонстративно достала телефон, разблокировала и протянула ему:

- Записывай номер, хахаль.

Вампир взял телефон, вбил свой номер, очевидно, сразу его и набрал, чтобы мой остался у него, и вернул мне гаджет.

- Теперь и вправду как-то спокойнее, - вынуждена была признать я.

На кухне было темно, несмотря на разгоравшееся за окном утро. Плотно закрытые жалюзи только трансцендентно подсвечивались по контуру широких полос розовым, будто сквозь них вот-вот внутрь ухнет кисель.

- Господи, у меня в голове уже кисель, - я потерла глаза, сама от себя не ожидая такого дикого сравнения.

Усталость накатывала тошнотворными волнами, в глаза будто песка насыпали, но спать совершенно не хотелось.