Наука и проклятия

- Ирэн на ногах еще до рассвета. Она обожает теплое молоко с медом и…

- Перестаньте! - с шутливым гневом потребовал он. - Иначе я за себя не ручаюсь. Кажется, у нас есть ветчина, сыр и фрукты. Хотите?

- Если это была попытка меня отвлечь, - я скосила на него глаза. Фицуильям наконец перестал держаться навытяжку. Даже узел галстука ослабил! - то она удалась. Давайте сюда ваши вкусности.

Кроме перечисленного, в корзинке оказались еще изюм, курага и лукошко со спелой клубникой. К ней не хватало сливок, но и без них пиршество удалось.

Чувствуя себя сытой кошкой, я сполоснула руки в ледяной - до мурашек - воде и с сожалением отказалась от мысли пройтись босиком по мелководью. Так и простуду подхватить недолго.

- Поедем обратно? - предложил барон негромко. - Или можем покататься на лодке.

- Ваше чудище нас не сожрет? - пошутила я, обернувшись.

Он сидел на покрывале и смотрел мимо. Спохватившись, перевел взгляд на меня и поддразнил:

- Если уж вами даже мама подавилась...

Я предпочла считать это комплиментом.

Посмотрела на солнце, стоящее почти в зените, и вздохнула. Возвращаться в замок не хотелось до дрожи в пальцах, даже предстоящее исследование не радовало. Все равно лаборатории пока нет, а теоретическая часть навевала скуку и уныние. Расспрашивать домочадцев и рыться в пыльных хрониках - то еще удовольствие.

- Давайте покатаемся.

Оставив пиджак и прочие вещи на берегу - вряд ли в этом уединенном уголке найдется прохожий, который позарится на корзинку для пикника - барон усадил меня в вытащенную из-под ивы лодку и, оттолкнув ее от берега, запрыгнул внутрь.

Суденышко опасно покачнулось, но устояло. Мужчина взялся за весла. Греб он так ровно и красиво, что я даже засмотрелась. Солнце золотило его макушку, тихо скрипели уключины, плескалась вода, лодка легко и плавно скользила все дальше от берега.

- Где вы так научились?

- В университете, - хмыкнул он, даже не слишком запыхавшись. Глаза у него блестели, под тонкой рубашкой перекатывались крепкие мускулы, лицо лучилось чистой мальчишеской радостью.

- У нас поощряли греблю. Жаль, теперь редко удается…

Он осекся и мотнул головой, словно отгоняя неприятную мысль.

- Вы учились на врача? - спрашивать, почему редко, я не стала. Понятно же, что барону Мэлоуэну не до таких забав.

- Ветеринара, - поправил он. - Я чуть было не стал «конским доктором».

Последнее он произнес с иронией, явно кого-то передразнивая.

- Но не практиковали? - поинтересовалась я, опуская ладонь за борт.