Янтарный меч

Ты о том лучше водяного спроси. Как съездила-то?

– Все в порядке.

Расшалившийся Орм радостно заверещал, когда она подошла ближе, и попытался показать трюк с засовыванием в рот пятки. На козьем молоке к нему за день вернулся румянец. Ярина не смогла сдержать улыбку.

– Ивар попросил, чтобы я пришла на похороны, – продолжила она.

Вопреки ожиданиям домовой причитать не стал. Деловито уселся на лавку и глянул на нее.

– Пойдешь?

– Пойду.

– Эдак тебе ночью возвращаться придется. Как же чудищи эти овражные?

Ярина пожала плечами, ежась.

Днем в лесу она чувствовала себя свободно, если кого и стоило опасаться, так это людей. Воспоминания о могильном холоде заставляли сердце сжиматься, но тени не давали о себе знать уже несколько ночей. Не потому ли, что их отваживал трущийся возле избушки колдун? Кроме него больше некому. И вороны эти его: они встречались везде, стоило шаг из избы сделать, а по вечерам сидели на дубу за частоколом. Но только потянись к ним силой ожерелья, сразу исчезали. Хотя птицы считались верными спутниками лешего вместе с волками.

То ли морок, то ли колдун ее запугивает.

– Попрошу волков проводить. А ночью… если их не будет – дойду. Нет – возле деревни переночую.

– Нож возьми, – хмуро посоветовал домовой. – Черепушку тебе не предлагаю, только местных злить да колдуна смешить.

Лежавший на столе череп, который не вернули на частокол, скорбно клацнул зубами. Огонь в пустых глазницах еле теплился, похоже, Гаврюша страдал, что не смог защитить хозяйку.

Любопытно, могут ли подобные сущности испытывать что-то? В чародейских премудростях Ярина не разбиралась.

Она боязливо погладила череп, пытаясь утешить. Кость была теплой, словно полированной. Подумаешь, человеческая! Те, кто носят похожие черепа внутри головы, гораздо опаснее.

Торопий одобрительно хмыкнул.

– Дедушка, а почему ты ему такое имя странное дал?

– Хозяин мой прежний большой был любитель заморского, – пояснил он.

– Он челядь на свой манер называл.

Тут домовой спохватился, соскочил с лавки, потянул Ярину за штаны, заставляя встать.

– Чего это я, старый! Лясы точить опосля будем. Собирайся! Солнце к горизонту, а тебе еще идти. Чтоб до Пожарищ добралась засветло!

***

Закатный лес нежился в последних лучах солнца. Ярина дышала полной грудью, вопреки уговорам домового, не торопясь покидать свои владения. Так хорошо было! Спокойно.