Янтарный меч

Она и сама не поняла, как удалось призвать силу ожерелья, но оно отозвалось: янтарь вспыхнул, на шею будто кипятком плеснули. Чужие чары рассыпались прахом, Ярину тут же вышвырнуло в камыши. Сухие стебли царапали лицо, горло разрывал кашель. Надавив пальцами на виски, чтобы унять звон, она обернулась и не смогла сдержать радостного вздоха.

Ивар был жив. Стоял по колено в воде, чудом удерживаясь на ногах, и отбивался одновременно от утопленниц и водяного, который не только обрушивал на мужчину сокрушительные волны, но и орудовал хлыстом, туго свитым из стеблей.

Меч со свистом рассекал воздух, утопленницы визжали и шипели, но воля хозяина не давала отступить.

– Не убивай их! – заорала Ярина, задыхаясь. Волна снова накрыла с головой, пришлось вцепиться в ближайший валун, ломая ногти. Движимая лишь одной мыслью, она из последних сил обратилась к ожерелью. Неподалеку устроил лежбище старый медведь, его и призвала. Волки далеко – пока добегут, все будет кончено.

«Скорей, скорей!» – в отчаянии торопила она, поднимаясь и вновь падая.

Визг заставил дернуться: мужчина ранил одну из утопленниц. Страшный удар раздробил ключицу, но убить нежить не так-то просто. Та лишь отпрянула, завывая и пытаясь зацепить Ивара когтями. Он пинком отправил ее под воду, вновь уворачиваясь от хлыста.

– Отец, не надо! – к ним со всех ног бежала Рябинка. На бледном лице застыл ужас. Она бросилась к водяному, но волна отшвырнула ее назад, к берегу.

«Быстрее же!»

Какой прок от силы, если не можешь ею управлять?! Она бурлила в крови, следующая волна с шипением испарилась, не успев сбить с ног. Сила бесновалась, но пускать ее в ход было все равно, что черпать воду горстями. Направить удар и разнять дерущихся не выходило. Ярина даже подобраться к ним не смогла – из реки поползли стебли роголистника – огромные, толстые, они отрезали подходы.

Со склона донеслось утробное ворчание: медведь рвался напрямик, ломая молодые осины.

«Скорее! Разнимите их! Остановите!»

Деревья шумели, корни вырывались из земли. Серые тени летели сквозь чащу, воем оглашая окрестности. Стая была рядом, медведь почти выбрался на берег, но они все равно опоздали.

Ивар врезал очередной русалке по зубам, но вдруг пошатнулся, сбитый мощным ударом хвоста. Над водой мелькнула морда громадного сома. Мужчина замешкался на миг, но водяному этого хватило. Плеть тут же захлестнула горло, сдавила, поволокла вперед.