Моя Прелесть

Все началось неделю назад по возвращению из проклятущего замка в город. Я планировала съездить домой в Тихую Заводь. У меня все равно почти неделя оставалась до выхода на работу. И мне было очень интересно посмотреть, как выглядит моя квартира в этом новом мире. А еще я лелеяла тайную надежду дядю Леню там встретить. Решение созрело еще в зомбомобиле, и я попросила Степана меня на автовокзале (ой, понивокзале) высадить. Стала там искать рейсовый дилижанс до Тихой Гавани. Такого не было. Спросила у кассирши, а она на меня глаза выпучила: «Первый раз такое название слышу!».

Достала Мою Прелесть и попыталась отыскать в интернете. На карте там вместо небольшого живописного поселка на берегу реки заповедник имени Н. А. Рокотова значится. А главное, дорог туда никаких.

Второй удар оказался еще более сокрушительным. Моя кредитка не действовала, потому что такого банка здесь нет. Все что у меня осталось – семьсот рублей наличными. И делай с этим, что хочешь. А потом мне пришла еще одна мысль, заставившая меня похолодеть.

Почти все документы лежали в Тихой Заводи. Если ее больше не существуют, то тогда как?

Сломя голову я помчалась на прием к своему декану. В надежде, что на факультете хоть какие документы остались. Ведь учиться я в этом мире по-прежнему учусь. Даже экзамен на днях сдавала. Мне бы только узнать, где я прописана. Без регистрации и паспорт не восстановить, и на работу путную не устроиться.

Слава богу, несмотря на то, что дело двигалось к вечеру, декан оказался у себя.

Я влетела к нему вся взъерошенная, плачущая. Заявила, что меня обокрали и что мне нужны копии моих документов. Но в канцелярии тоже документов не нашлось. Я, Кристина Константиновна, есть – студентка, отличница, стипендиат, а документов касательно моего прошлого никаких. Ни копии паспорта, ни аттестата, ни свидетельства о сдаче ЕГЭ. На какой счет стипендия перечислялась – тоже не понятно. Надо ли говорить, что это поставило всю администрацию на уши?

Два часа я сидела у секретарши в предбаннике, и мы вместе наблюдали, как мимо нас носятся взад-вперед перепуганные бухгалтер и методисты, а из кабинета такая ругань несется, какую я никак не ожидала от всегда вежливого Никиты Ивановича услышать.

 

«Мне нужны документы, мне нужна работа, лишь бы все было хорошо», – шептала я, молитвенно сложив руки лодочкой, обращаясь к неведомым мне богам. И до того добормоталась, что даже облачко увидела, где они должны обитать. Ярко-синее такое.