Добро пожаловать в СУРОК

Ему тогда в Сурке делать бы было нечего.

— Я могу, — предлагаю, впрочем, без энтузиазма. Мне кажется, Семен Семеныч меня невзлюбил еще за кота.

— А-а, — Холостов отмахивается от моего предложения, как от назойливой мухи. — Забей. Сам с ним с утра поговорю.

— Защитник, — шепчу, отворачиваясь.

— Да расслабься ты уже. Я сам ступил — закинул в тебя слишком много. Тут же энергии — бери не хочу, непривычно, — и сенсеи ошибаются. Что приятно, но не настолько, чтобы скрасить ощущения после очередного провала и на сей раз пожарища.

— Попробуешь еще раз?

В беседке воняет палеными деревом и полиролью. Зажимаю нос рукавом. Какое — пробовать? Может, он токсикоман?

— В другой раз, — обещаю, чувствуя, как кашель подбирается к горлу. — Пошли отсюда.

— А забавно получилось…

— Просто огнище, — огрызаюсь, выбираясь на воздух.

Глава 12

Воспоминание 45

28 апреля

Мог ли человек, лихо построивший теорию заговора и настолько уверившийся в ней, что поделился подозрениями вслух, забыть об этом только потому, что ему сказали: «Это бред»? Вот о чем я думаю, ковыряясь вилкой в тарелке с овощным салатом.

В столовой, как обычно, шумно. Ужины в Сурке всегда — самые активные приемы пищи. Казалось бы, после занятий с утра до вечера учащимся стоило бы устать. Но нет, утром все сонные, в обед только раскачиваются, а к вечеру начинают общаться так, что в ушах стоит звон.

Сижу у края стола, нарушаю всякий этикет, водрузив локоть на столешницу и подперев кулаком щеку.

Руслан — как раз напротив. Устроился в компании Полины-не-Поли и что-то ей втолковывает, активно жестикулируя; улыбается. Полина улыбается в ответ, что-то возражает, а иногда согласно кивает. Не похоже, чтобы Рус делился с ней своей теорией о Змее Горыныче. Отпустило или затаился?

— Серьезно? — вздрагиваю от неожиданно прозвучавшего над ухом голоса. Поворачиваюсь к Янке, чтобы понять, что она имеет в виду; прослеживаю направление ее взгляда и хмурюсь. — Серьезно? — повторяет милитари-гёрл, убедившись в том, что завладела моим вниманием.

— Любимов? Вот уж не ожидала, что он в твоем вкусе.

Тьфу ты, черт! Чуть не давлюсь и торопливо тянусь к стакану с водой. Янка смотрит на меня с видом очевидного превосходства. Ну да, как же, раскрыла тайну века.

— В салате нет грибов, — напоминаю сухо.

Кожухова ехидно изгибает пробитую пирсингом бровь.

— Намекаешь, что у меня галлюцинации?

Приятно, когда тебя понимают с полуслова.