Прах любви

Перед внутренним взором опять приносились всё те же сцены, мгновения счастья и безграничная пустота, пришедшая после. Вот только теперь это были просто картинки, да, мне было грустно, но исступление прошло, будто Боля, забрал себе страдания, оставив мне только опыт.

— Так не больно, — отпуская руки, то ли спросил, то ли заверил меня кадавр.

Действительно, легче.

— Спасибо тебе, Боля, — искренне поблагодарила его и встала, сравнявшись с сидящим великаном ростом.

Как такой гигант на одной каше выживает? Да ещё и раз в несколько дней всего лишь.

— Боля не любит кашу, каша невкусная, — тут же осведомил меня кадавр.

Вот кто бы спорил, действительно же гадость.

— А чего тебе хотелось бы?

— Бли-и-инчики, — закатывая свои горящие огнём глаза, мечтательно протянул он.

— Будут тебе блинчики, и пироги, если захочешь, — рассмеялась я.

В этот момент в камеру ворвались несколько воинов. Напряжённые, сосредоточенные, и что неприятно — вооружённые, хорошо хоть не мечами, а только кандалами и ошейником.

— Княжна, отходите медленно в сторону, — посоветовал ближайший мужчина и сам начал постепенно приближаться.

— Боля не хочет, Болю обидят, поставят Болю в угол, — насупился кадавр.

Ничего себе порядки. Возможно, у воинов есть причины усмирять кадавров, но сейчас-то зачем? Ну, ребёнок же совсем, пусть и огромный и смертельно опасный.

Выступив вперёд и преграждая дорогу воинам, только и ждущим момента для атаки, для наглядности ещё и руки в стороны развела:

— Боля хороший, — покачав головой, повторила я, слова кадавра.

— Уверена? — отстранив воинов, внутрь камеры протиснулся Матс.

— А не видно? — загораживая. Болю, исподлобья посмотрела на мужчину.

Матс хмыкнул и пристально осмотрел и меня, и великана, а потом расслабился, отпустив воинов.

— Вот так просто? Съедят и ладно? — не удержалась от подколки.

Что странно, Боля даже, и не думал встревать, чувствуя, видимо, что ничего плохого я в действительности про него не думала.

— Ты его привязала, — усмехнулся Матс. — Он полакомится любым, только не тобой.

Ага, полегчало прямо. Как я умудрилась за два дня обзавестись и приспешником и личным кадавром? Всю жизнь избегала лишних привязанностей, а теперь целый зоопарк собрала.

— У Боли будет друг! — подпрыгивая и хлопая пудовыми кулаками себя по ногам, обрадовался великан.

— Так, — потирая слипающиеся глаза, начала раздавать приказы: — С тебя пояснения, — ткнула пальцем в Матса. — Тебе блинчики и одежду, дальше подумаем, — перевела взгляд на Болю.