Генетика любви

Рядом раздался удивленно-испуганный вскрик:

— Пап, ты же не ударишь маму, верно? Нам в школе говорили, что девочки — это сокровище нации! А мама — девочка.

Я на миг прикрыла ресницы. Единственный шанс освободиться рассыпался на осколки, как декоративная вазочка мгновениями раньше. Ланс проснулся и всё услышал…

Понимание в глазах Мориса проступило столь явственно, что тут не надо было быть цваргом, чтобы понять: он всё осознал. И мой замысел, и фразу, которую я бросила, чтобы его позлить ещё больше, и зачем это сделала.

Кривая ухмылка проступила на пухлых губах.

— Разумеется, нет. Я был настолько неаккуратен, что случайно задел столик. Иди, Ланс, в свою комнату.

— Пап, но у меня нога болит…

— Иди!

Немного неаккуратно сын поднялся с дивана и, прихрамывая, заковылял прочь из комнаты. Я с внутренним облегчением отметила, что, несмотря на порванную одежду, многочисленные ранки уже затянулись. Как только дверь закрылась за сыном, Морис произнёс тихо, но чётко:

— Я никогда тебе не дам развод, Ориелла.

Бросай эти влажные мечты и занимайся хозяйством. Сегодня вечером придут друзья, и дом должен блестеть от чистоты, а на ужин я хочу минимум три перемены блюд. И пруд на заднем дворе почисти, он начинает зарастать ряской.

— А если не буду? — с вызовом спросила я.

— А если не будешь, то я буду тебя трахать так часто, пока ты вновь не забеременеешь, — ответил супруг, ухмыльнувшись и сальным взглядом заглядывая в вырез кофты.

— В конце концов, если женщина беременна, то у неё возникает уважительная причина не заниматься физической работой. Да и все эти мысли о разводе наконец выветрятся из головы, а с рождением дочери мы получим увеличенную родительскую дотацию от Аппарата Управления. Одни плюсы!

— Ты не посмеешь взять меня силой… — прошептала я.

— А кто говорит о силе? Жена должна отдавать супругу долг хотя бы два раз в месяц, это преподается в ваших школах для истинных леди, я это точно знаю.

И поверь: держать так, чтобы на тебе не осталось синяков, я тоже смогу. В конце концов, у меня на одну конечность больше.

Он взмахнул хвостом, показывая, что при желании может с лёгкостью связать руки. Меня замутило от одной лишь мысли, что я могу вновь забеременеть от Мориса. Я резко шарахнулась в сторону.

— Я же тебе воняю!

— Я что-нибудь придумаю, — оскалился Морис. — Так что будь хорошей мышкой и переставай меня злить.