Единственная для рыжего опера

— А если я попрошу нашего художника сделать поисковый портрет и похожу с ним по домам? — с надеждой спросил Кин.

— Только после окончания операции, — отрезал Кофдююр. — И я бы на твоем месте не возлагал на это больших надежд, возможно, она просто шла мимо. Пусть время и позднее, но мало ли, почему её туда занесло, может, она просто не туда свернула по дороге на автобусную остановку.

— Я могу и соседние улицы обойти, — с неподдельным энтузиазмом откликнулся Кин.

— А говорить что будешь? — печально улыбнулся начальник.

— Если оборотням — то правду, — пожал плечами Хундракур, — а обычным людям буду говорить, что она важная свидетельница. По-моему, уже вся округа в курсе, что мы тут преступника ищем.

— Да, — вздохнул Кофдююр, — боюсь, что это может стать проблемой — если пошли слухи, они ведь могут и до нашего злодея дойти, и он в этом районе больше не появится.

По всей видимости, шеф ОРППО оказался прав в своих опасениях, потому что через пять дней «форточник» совершил ограбление в Южном районе.

Его жертвой стала Глиндис Линксен* (*фамилии оборотней-рысей начинаются на «Линкс»), которая приехала в Фокунни в командировку и разместилась в арендованной для нее принимающей стороной квартире на первом этаже небольшого двухэтажного четырехквартирного дома на Апрельской улице. Глиндис ничего не знала об орудующем в городе преступнике, поэтому держать окна наглухо закрытыми ей и в голову не пришло. К счастью, потерпевшая не только не пострадала, но и сумела серьезно ранить нападавшего, располосовав ему правую руку.

Дело было в том, что Глиндис всегда плохо засыпала на новом месте, но снотворного никогда не принимала. Так что, когда злоумышленник пробрался в её комнату, девушка еще не спала, хотя свет погасила уже довольно давно, поэтому, заметив вторжение, мгновенно перекинулась в рысь и, пользуясь фактором внезапности, напала первой.

Дальнейшее уже было делом техники, ведь для оборотней выследить раненую жертву — пара пустяков.

И вот, аккуратно перебинтованный и напичканный антибиотиками злодей сидел в одиночестве в комнате для допросов, «дозревая» для доверительной беседы, а за односторонне прозрачным стеклом, набившись, как сельди в бочке, столпились сотрудники ОРППО и ОРТНП в полном составе, разглядывая того, за кем охотились больше месяца.