Искра

Отползла, прижалась спиной к ограде, не отводя расширенных глаз от мага. В руке Уилбера замерцала плеть. Ее хлыст становился то жестким, материальным, то полупрозрачным, растворяясь в воздухе.

— Если ты еще раз перейдешь реку, я с тебя шкуру спущу. Ясно, Вирджиния?

Я кивнула.

— Что тебе ясно?

— Не переходить реку…

— Именно.

Он все стоял, поигрывая плетью, смотрел, как я прижимаю ладонь к горящей от крапивы щеке. Тонкий рот мага кривился, будто перед ним было что-то ничтожное и отвратительное взору аристократа.

— Почему мне нельзя уйти? — хрипло спросила я. — Вы же сами сказали, что когда я… и мистер Райдер… Что вы отпустите меня! — Хлопнула створка окна — раскат портала и голоса разбудили Ллойдов. И надо бы говорить тише, но какая разница теперь, когда они и так знают?! — Я хочу уехать! Я его всю зиму развлекала!

Плеть в руке Уилбера вдруг обросла острыми кристаллами льда.

— Заткнись, — процедил маг. — Слишком смелая ты для шлюхи. — Наклонился, запустил руку мне в волосы, заставляя поднять голову.

— Если ты снова попытаешься удрать — я ведь узнаю об этом, Вирджиния! — больно дернул он пряди. — Если снова попытаешься удрать — пожалеешь.

— Отойди от нее!

Маг ухмыльнулся при виде хромающего к воротам Ллойда, пытающегося одновременно запахнуть халат поверх пижамы и зарядить ружье. Оттолкнул меня, хлестнул плетью по высокому ботинку и исчез в портале.

Ллойд плюнул ему вдогонку и протянул мне руку, помогая встать.

— Жива? Не обидел?

— Нет… — просипела я.

Старик мельком взглянул на ссадины на шее, на свисающий обрывок воротника и смачно выругался.

Уперся дулом ружья в кочку, достал из глубокого кармана халата флягу:

— На, выпей. Пей! — прикрикнул он, когда я замотала головой.

Крепкая жидкость обожгла горло. Я даже не поняла, что это было — подавилась, закашляла, хватая ртом воздух и хлынувшие слезы. Теплее не стало.

Мистер Ллойд отобрал флягу, пригубил.

— Далеко ушла? — спросил он, завинчивая крышку.

Я тоскливо посмотрела на дорогу:

— До развилки на Медные Буки.

Из-за реки медленно выползало тусклое солнце. Утренний ветер прошел волной по вереску на холмах, зашелестел в ветках свесившейся через ограду сирени, и мне на голову посыпались холодные капли росы.

— Маяк, небось, навесил, — кивнул старик. — Ублюдок он, этот Уилбер. Еще хуже Райдера. Ладно, не реви, придумаем что-нибудь. — Мистер Ллойд неловко похлопал меня по плечу, взял ружье под мышку. — Пойдем в дом, простынешь.

— Не хочу…

Я не хочу возвращаться.