Птичка для дракона. Улететь и спасти(сь)

Поэтому она радовалась каждому доброму слову, и драгоценные часы, проведённые в Кроткой Библиотеке, были мне очень дороги. Втайне я надеялась, что о них никто не узнает, но госпожа Тэрль одним махом развеяла все мои глупые надежды! Какую же кару она для меня придумает?!

— Поскольку я добра и снисходительна к тебе, — продолжала госпожа, — то закрывала на всё это глаза. Но, кажется, пора положить конец такому безобразию! Отныне я запрещаю тебе, Феолике, брать и читать книги. Библиотека — только для нашей семьи.

Слёзы обожгли мне глаза, я изо всех сил сдерживалась, чтобы не зарыдать в голос.

Книги были моим редким и единственным развлечением в замке Хеннет! И как же огорчится бедная Кроткая Библиотека, мы успели славно подружиться!

А госпожа Тэрль всё мурлыкала, словно её любимая кошка:

— Чтение только отвлекает тебя от работы. Ты — на положении слуг, и даже этого много! Мы все помним, что ты натворила в детстве, и почему пришлось надеть на тебя браслеты. Если бы не я и не господин Хеннет, ты давно сидела бы в крепости Ирлигард!

Я сжимала кулаки, давясь слезами, пока госпожа Тэрль звала стражников.

Двое из них должны были спуститься в Сильфасские горы, забрать кувшин и хэргмэ, брошенные мной у родника, и тело садовника, которого предстояло похоронить. Ещё двое отвели меня в мою каморку, чтобы затем сторожить целых три дня. Ведь добрая Лина или шестилетний Эгмун, сын повара, могли тайком принести мне еды, как уже случалось пару раз. И тогда наказание госпожи не состоялось бы.

— Если б только я могла сбежать по-настоящему! — Я встала у окна комнатушки, где, кроме низенькой скамьи, служившей мне кроватью, не было никакой мебели.

Безнадёжно посмотрела на облака, позолоченные ещё тёплым осенним солнцем, и на далёкие, крутые утёсы гор.

Замок Хеннет, как положено по традиции, располагался в небесах, на облачной тверди. Строгий, величественный, неприступный. Госпожа Тэрль недовольно бурчала, что в наше время белые драконы не соблюдают обычаев и селятся на земле, подобно серым, да и чёрные вылезли из своего мрака и иллюзий, начав делать то же самое.

Впрочем, недовольство не помешало госпоже разбить внизу розовый сад. В небе-то ничего не вырастишь, кроме искусственных цветов…

— Если бы только сбежать отсюда и не возвращаться, — прошептала я, вспоминая рисунок, который однажды увидела в книге. Кольцо со светло-серым камнем в серебряной оправе, которое могло надёжно спрятать кого угодно от преследования. Артефакт моего рода — Ари.