Невеста трёх ветров

– Какого… Какого юдарда?! Принцесса-овца! Нет, мне, в целом, наплевать, что там будут думать обо мне медовики, но… Но не это же! Что это было, Илария?! Ты должна была вскинуть подбородок и сказать: «Ещё одно слово, и я ни на миг не задержусь в доме, где меня оскорбляют. Я жду ваших извинений до заката солнца». Развернуться и выйти!

– А как же договор? – пролепетала Лария.

– Плевать на договор! Никто, запомни, никто не смеет оскорблять принцессу Элэйсдэйра! Ты должна была вызвать его на поединок, наконец, раз уж так заботишься о договоре.

– Поединок? – растерялась лже-принцесса.

– Да! – зарычала Эрика. – Швырнуть в его наглую рожу перчатку. Конечно, не тебе скрещивать с ним сабли, но у тебя пятеро – пятеро! юдард побери! – рыцарей, каждый из которых готов умереть за твою честь.

– Но я не хочу, чтобы умирали за меня…

– А я хочу! Ты не смеешь ронять моё имя в грязь! Слышишь?! Да, Джерго прав: ты – тусклая моль. Но он всё равно не имеет права озвучивать это вслух. Довольно. Отныне ты будешь делать то, что я прикажу.

А сегодня я тебя не хочу больше видеть. Принцесса устала и заболела. На ужин явятся лишь её фрейлины. Считай, что ты наказана вместе с Северным Ветром. Твоя комната будет самой дальней от меня. Видеть не могу твою заплаканную рожу.

Принцесса стремительно прошла мимо.

– Не сердись, – мило улыбаясь проговорила Венделла, – но её высочество права. Ты ведёшь себя не то, что не как принцесса, но даже не как дочь герцога. Твоему отцу было бы мучительно стыдно за тебя.

Если бы он, конечно, был жив.

И дочь Золотого щита побежала догонять принцессу.

– Как дочь служанки, – фыркнула Каиса, подхватила юбки и последовала за рыжей врагиней.

Эйдис задумчиво взглянула на растоптанную Ларию.

– Отдохни, – сказала мягко. – Но тебе правда надо что-то делать с собой. Нельзя позволять всем вытирать о тебя ноги. Тебе надо научиться давать сдачи. Иначе твоя жизнь превратится в… В общем, тебе не понравится. Подумай об этом.

Лария нашла самую дальнюю комнату.

Она была угловой и четыре окна выходили на две стороны света. Из одних был виден замок, где жил царь, а из двух других – сад. Девушку знобило от слёз, она забралась в кровать, закуталась и разрыдалась. И во сне вдруг почувствовала, как её подхватили на руки и прижали к груди.

– Лари, мышка, – шепнул родной голос, – я никогда не стал бы тебя стыдиться. Бедная моя девочка.

Отец иногда приходил к ней во сне. Лария судорожно обняла его.