Гимназистка. Под тенью белой лисы

Возможно, она планировала это заранее, потому что я понятия не имею, откуда она взяла это плетение. Оно, знаешь ли, не из общедоступных.

Пожалуй, это звучало довольно правдоподобно и позволяло прояснить то, чего я не могла понять раньше: зачем Рысьиным понадобилось убивать Ольгу Станиславовну с дочерью, если артефакт при этом им не доставался.

— Это оказалось неожиданностью для моих людей, но всё же они доставили обеих Звягинцеву, — так же сухо продолжила княгиня. — Тело Ольги к тому времени уже умерло, Лизино подавало признаки жизни, поэтому Звягинцев сделал всё возможное, чтобы её вытащить.

И невозможное. Он, знаешь ли, тоже любил Лизу. И для нас оказалось серьёзным ударом, когда выяснилось, что ты не она.

Её глаза заблестели, но плакать при чужих, а меня она точно считала чужой, Рысьина не собиралась. Она взяла себя в руки и холодно спросила:

— Удовлетворена?

Глава 6

Княгиня молчала, высокомерно задрав голову так, словно собиралась поражать меня недружественным плетением прямо из подбородка.

Вероятность такого я бы не исключала, поскольку понятия не имела, на что она способна, а на что нет. Как показала практика, сила — это отнюдь не всё, важно, как ты можешь распорядиться имеющимся резервом. Пока Рысьина куда искусней меня по любому вопросу в магии. Врала ли она сейчас? Возможно, и нет, но наверняка что-то недоговаривала. Что-то, что она считала несущественным или, напротив, слишком существенным, чтобы выдавать мне, поскольку я для неё была Рысьиной лишь формально.

Я молчала тоже. Удовлетворена ли я была её объяснением? Разумеется, нет. Но скажи я это — и ровным счётом ничего не изменится. Княгиня объяснила только то, что собиралась, вряд ли она добавит ещё что. Выдала необходимый минимум — и успокоилась. Ну что ж, молчать можно и вдвоём…

Паузу мы тянули обе. Несколько раз я ловила на себе недоумённый княжеский взгляд, наконец она всё же не выдержала первой.

— Лиза, почему ты молчишь?

— Размышляю, что из рассказанного вами правда.

— Разумеется, всё! — возмутилась княгиня. — Неужели ты мне не веришь?

По её оскорблённому виду впору было ожидать, что меня прямо сейчас вызовут на дуэль, чтобы хоть так восстановить поруганную честь. Но была ли она?

— У меня есть причины безоговорочно вам верить? До сих пор вы только и делали, что меня обманывали.