Чародейка

Вышло у него совсем неважно. Ох, мой мохнатый друг, из тебя совершенно никудышный актёр. Я сдержала улыбку, не зная, смеяться или обижаться, что он так просто отдал меня в загребущие руки мальфара.

Тем временем Шейн шагнул ко мне навстречу, а через мгновение мужская ладонь по-хозяйски расположилась у меня на талии, породив бурю мурашек, которая волнообразными цунами двинулась от поясницы к затылку. Потребовалась вся сила воли, чтобы не дёрнуться. Не дав опомниться, мужчина притянул меня к себе, взяв во вторую руку мою ладонь, и уверенно закружил по площади.

Мальфар оказался умелым партнёром и вёл меня в танце легко и непринуждённо. Будто мы танцевали уже сотню раз, а не впервые. Сквозь тонкую ткань рубашки я чувствовала каменно-твёрдые мускулы его плеч, и это отвлекало, не давая сосредоточиться на тех вопросах, что намеревалась задать.

Мы вальсировали, удаляясь всё дальше и дальше, пока фигура Бьёрна окончательно не затерялась в массе празднующих. Шейн молчал и хмурился. Этот высокородный скряга снова был чем-то недоволен.

И это бесило. Что же, хочет поиграть в молчанку, хорошо. Не пророню и слова, пока сам не заговорит.

В какой-то момент начало казаться, что мы так и протанцуем в гробовой тишине. Однако мужчина всё-таки прервал затишье. Хотя, лучше бы молчал и дальше, ей-богу.

— Тебя не предупредили, что покидать стены академии опасно? Иначе я не вижу объяснения такому безрассудному поступку, — от его слов повеяло таким холодом, что у меня аж скулы свело.

— Или ты действительно настолько легкомысленная?

Вот же хам родовитый. Мало того, что тупицей обозвал, так ещё и таким жёстким тоном, каким даже Виктор не позволял себе меня отчитывать. Захотелось много чего сказать этому выскочке, причём с употреблением ярких нецензурных эпитетов. Но вокруг было слишком много зевак. А новое внимание к моей персоне мне совершенно ни к чему.

Поэтому вместо ответа я недобро зыркнула на партнёра по танцу и смачно наступила ему на ногу, жалея, что не на каблуках.

Потом ещё раз. Случайно, разумеется. Мужчина плотнее сжал челюсти, но достойно стерпел мою пакость. А мне вот как-то даже легче стало.

— Отец рассказал тебе, кто и почему мне угрожает? — наконец озвучила интересующие меня вопросы.

— Нет. Но мне удалось кое-что разузнать, — Анварен ответил тихо и спокойно, словно мы вели светскую беседу; я вопросительно изогнула бровь, желая услышать подробности, но мужчина лишь качнул головой. — Не здесь.