От и до...

К ее глазам подкатили слезы, и она просто боялась разреветься. Такой слабости ни маркиза Бук, ни герцогиня Рут себе позволить не могли. Дэниз же, чтобы немного разрядить обстановку, решил немного пошутить:

-Ну, подумаешь, убили бы меня? Ты бы стала сразу очень богатой и влиятельной вдовой. Разве это плохо?

Но эффект получился обратным. Она не выдержала и разревелась, уткнувшись носом в плечо мужа, орошая его рубашку слезами и комкая пальцами тонкую ткань:

- Я не хочу становиться вдовой! Мне вас жалко!

Герцог замер от неожиданного для него признания.

Во-первых, он как многие из мужчин терялся при виде женских слез. А во-вторых, кто-то рискнул его жалеть. Это было очень непривычно, но почему-то приятно. Он одной рукой приобнял жену за талию, а другой начал успокаивающе гладить девушку по спине, приговаривая:

- Успокойся, пожалуйста! Это я очень глупо пошутил. Обещаю, что в следующий раз обязательно поставлю тебя в известность, когда буду уезжать, если тебе от этого будет легче!

Тася еще повсхлипывала пару минут, а затем высвободилась из объятий мужа, вытерла слезы платком, который ей сунул в руку услужливый Леон, и тихо прошептала:

- Простите меня!

Дэниз посмотрел на зареванную жену, отобрал у нее платок и сам вытер остатки слез со щек, затем взял девичье лицо в свои большие и горячие ладони и очень осторожно поцеловал девушку в лоб.

- Пойдем домой! – также тихо ей в тон пошептал он. – Отчет, я думаю, подождет и до завтра!

***

Небольшая Тасина истерика дала свои плоды.

Отношения супругов поменялись. Они не стали лучше или хуже. Они стали другими. Теперь, уходя на работу, Дэниз обязательно целовал супругу в лоб или щеку. Она отвечала ему тем же перед тем, как идти спать. И в этих нехитрых прикосновениях можно было проследить какую-то легкую нежность. В них не было никакой сексуальности иди пошлости. А еще они стали разговаривать. Дэниз поверил в то, что он интересен этой хрупкой девушке, которая волей случая оказалась его женой. А она поверила в то, что интересна ему сама по себе, а не как постельная грелка.

Но идиллия продлилась недолго, так и не дав окрепнуть зарождающейся дружбе или чему-то большему. На третий день герцог пришел домой мрачнее тучи. Таисия уже с порога могла считывать его настроение. И поэтому, завидев хмурое лицо мужа, сразу поинтересовалась:

- Дэн, что-то случилось?

- Грифиц пропал, - буквально выплюнул мужчина.

- Как пропал? Где? – прикрыв рот ладошкой, охнула жена.