Убить Петра Великого

– Многовато, – озадаченно протянул царь.

– Ты еще хвастал, Петр Алексеевич, что твои фейерверки лучше заморских. Вот они и придут посмотреть на твои дела. – Пожав плечами, Макаров добавил: – А еще грозил дубиной проучить кто идти не захочет.

Махнув рукой, государь изрек:

– Придумаем что-нибудь. Еще чего?

Петр Алексеевич вновь зашагал, и половицы под его размеренными шагами тонко и торжествующе поскрипывали.

– В двенадцать часов у вас встреча с прусскими купцами.

– Сколько их?

– Полсотни наберется.

– Чего им надобно от Петра Михайлова?

– Петр Алексеевич, им раньше других ведомо, что ты царь. И вот хотят просить тебя беспошлинно торговать с Россией.

Отмахнувшись, Петр Алексеевич произнес:

– Ишь чего удумали! Гони их к лешему! Все дармовщиной хотят полакомиться, а казне от того убыток, а потом, бомбардиру Михайлову такие вопросы не решать. Чего там далее?

– Вчера стольника Ермолая Васильчикова задержала городская стража.

– За что?

– Пьян был, к девкам приставал.

– Как узнали?

– Он не один был, а с двумя товарищами. Вот те убежали, а он не сумел, уж больно хмельной был.

– Ну и дурень! Пускай посидит, авось поумнеет. Подержат, да и отпустят, не велик грех. Если каждого мужика задерживать за то, что бабам под юбку посмотрел, так все темницы переполнены будут. Что еще?

– Ночью драка в таверне случилась. Наша челядь с голландскими моряками подралась.

– И кто кого? – поинтересовался государь.

– Наша челядь голландских моряков побила.

– Выпороть бы их надо за своеволие, – призадумался государь. – Значит, ты говоришь, голландцев поболее было?

– Да раза в два, – охотно подхватил Макаров.

– Дашь им полсотни талеров, пусть раны свои залечат. Далее чего?

– Получено письмо от саксонского курфюрста.

– Когда? – встрепенулся Петр Алексеевич.

– Два часа назад.

– Почему раньше не передал?

– Уж больно крепко спал ты, Петр Алексеевич. Курьер постоял под дверями да и мне письмо оставил.

– А на словах что сказал?

– На словах велел передать, что благодарит тебя за помощь, клянется в вечной дружбе. Неделю назад курфюрст прибыл в сопровождении саксонского отряда в Польшу, – живо отвечал секретарь, протянув Петру Алексеевичу туго перетянутую грамоту, скрепленную сургучной печатью.