Волчья ягода

Потоптавшись по его следам, ведущим в «никуда», вынужденно развернулась, продолжив свой путь.

— Кто-то собирает эускариот в нашем лесу! — заявила, когда вернулась домой, с негодованием бухая на стол мешок с несколькими корнями. — Это из-за чужаков мало корней!

Матушка только пожала плечами. Она заливала мелко нашинкованный корень кипятком, косясь одним глазом на дверь в лавку. Важно не проворонить ни отвар, ни людей.

— Может у них тоже болеют.

— Может! Но говорить он не захотел. Он чужой, мама! Не наш.

Я наших почти всех знаю, по силуэту могу определить. Но я видела... непонятно кого!

— Чужой... Ну что ж, может и так... — добро проговорила она, и махнула мне на дверь. — Иди за прилавок, доча.

Ей было как будто не до того, я же кипела от злости как отвар. Мы с ним вместе бурлили, нагретые до предела.

«Наш лес! Наши корни! Не позволю!»

С настойчивой мыслью о капкане-ловушке, я вышла в лавку.

Строго говоря, она больше напоминала чулан для хранения. То тут, то там сушились пучки трав, подвешенные вниз головами, стояли темные бутылки с подписанными настойками, холщовые мешочки с травами, самые ходовые сборы.

Обезболивающие, мочегонные, успокаивающие, укрепляющие... В маленькой коробочке стен даже не было окон, чтобы солнце не обжигало своей пылающей рукой нежные травы, да настои. Для света мы просто зажигали свечу перед отполированным латунным диском: он и рассеивал свет.

Все шло своим чередом. Заглянувшая в лавку вертлявая Трина, скривилась, узрев меня, задала дежурный вопрос «где Агла?», получила дежурный ответ и недоверчиво попросила растирку для груди.

Пока я доставала растирку, вошла соседка Трины — Корна. Слегка затормозив при виде меня, Трины, она чуть не развернулась к выходу, но осталась. Ощущая воцарившееся странное напряжение, я вопросительно обвела глазами обеих женщин. Как огромные серые летучие мыши, они мрачно закутались в платки, стараясь держаться подальше друг от друга.

— Ещё что надобно? — осторожно спросила Трину.

— Нет, пусть Корна берет, я подожду, — великодушно согласилась она, на что та окатила ее ядовитым взглядом, и тут же вздернула подбородок.

— Мне антидетное, приготовь, Аса, — гордо молвила соседка. — Два, нет, лучше три.

Понимая, что у кого-то намечается интересный вечер, кивнула.

Глянув на соседку ненавидящим взглядом Трина демонстративно фыркнула, забрала свою растирку и удалилась, громко хлопнув дверью.